- Кстати, алкоголем зря увлекаетесь, - девушка взглянула на Анжелу в упор. Острый, как два ярко-синих скальпеля, взгляд встретил дружелюбный светло-зеленый, искупался в нем и смягчился. - Добьетесь, что почки вас из друзей удалят. И печенка тоже спасибо не скажет.
Анжела, чья юность прошла в провинции, плохо разбиралась в нюансах молодежных течений, иначе распознала бы повзрослевшую неформалку из девяностых. Крашеные черные волосы, футболка с принтом рок-группы, клетчатая рубашка. Лицо девушки выражало смесь отрешенности, презрения и жалости, словно в каждом проходящем мимо она видела будущего пациента реанимации.
- Короче, не шляйтесь тут, - произнесла она. - Убийцу еще искать не начали, если он где-нибудь поблизости, и ему нужен заложник…
Анжела зажмурилась и принялась повторять про себя: "Меня никто не обидит, меня никто не обидит, меня никто не…"
- Запишите мой телефон, - перебила ее мысли неформалка. - Надумаете обследоваться - я организую. Не дорого. Кстати, меня Агнешка зовут, но я не прекрасная полячка. Это ник-нейм. Можно просто Аня. Анна Цуканова, старшая медицинская сестра. - Она продиктовала Анжеле номер. - Теперь мне наберите, чтобы я ваш записала. Как зовут? Анжела? Гыы, прикольно. - И добавила: - Вам - туда, - и указала направление в сторону торгового центра.
- Точно, прокладки же надо Дашке купить, - спохватилась Анжела и потрусила в объятия цивилизации. Она всегда легко знакомилась с людьми, но чтобы ей вот так вот сходу предложили у врача провериться - это уж слишком. Дрожащими руками она вновь вытащила из сумки телефон и позвонила мужу.
- Олежек, ну вы там скоро?!
- Да ща-а-а-а-с, - с ленцой отозвался Олег. - Вот Николай Вадимович скупит весь магазин, и сразу…
- Олег, тут убили полицейских! - всхлипнула Анжела. - Тут где-то убийца! А до меня докопалась какая-то местная!
- Колян, завязывай пробники таскать, - попросил Олег приятеля. - У меня там жену сейчас украдут.
***
Вечером того же дня Колян Махов в офисе распечатал кипу проектной документации из файла "Кострома" и понес ее Олегу Аклевцову.
На улице задувал ветер, с каждым разом все сильнее и сильнее. Но это были пробные выпады, шторм зарождался к западу от шоссе Петля и пока не пересек "границу боя" - серую линию магистрали. Над районом шествовали массивные темно-фиолетовые тучи, какие-то незнакомые, похожие на туго набитые пластиковые мешки. По тропинке навстречу Коляну вышагивала угловатой походкой Светка Полякевич с полицейской собакой на поводке. Колян внутренне поежился. В армии его обучали работать против собак, но, когда эта угольно-черная махина прет на тебя, а командует ею неадекватная баба, чувствуешь себя каким угодно, только не обученным.
- Привет, Света, - кивнул Махов, когда они поравнялись. При этом он сошел с тропинки в траву - мало ли что.
Полякевич дернула поводок.
- Найда, рядом! - крикнула она.
У Светки было острое резкое лицо, как у всех Полякевичей. Впрочем, на Опольцево она осталась последней из рода. Ее брат Женька двадцать лет назад разбился на мопеде, отец заработал цирроз, ежедневно поминая сына, а мать вышла замуж за бизнесмена из Черногории, куда и уехала, оставив дочери квартиру. После гибели Женьки ходили слухи, что он будто бы продолжает гонять по Петле на той же самой "Яве" и в том же отцовском мотоциклетном шлеме, но в шлеме ничего нету - голову Женьке оторвало при столкновении с отбойником. Голову не то забыли в морге, не то вовсе ее туда не привозили. Колян с Олегом в те времена вкалывали вахтовым методом, и услышали эту историйку от старейшины района, Карлыча, который сказал еще: "Он не понимает, что мертвый. И пытается жить, как будто ничего не случилось".
Светка тяжело перенесла смерть брата. Она стала совсем другой, слишком д р у г о й , из обычной школьницы-хулиганки превратилась в озлобленную мизантропку, ненавидящую и винящую в семейной трагедии всех вокруг. И Женькиных приятелей, и отца, и мать, и учителей. И всякий раз, когда она слышала об очередном "появлении" брата на районе, она принималась хохотать, как сумасшедшая. Ее даже собирались отправить на принудительное лечение, но Светка занималась в спортшколе, брала призы на соревнованиях по гимнастике, и ей позволили закончить восемь классов.
Теперь Светка служила в полиции кинологом. Она была все такой же грубой и злой, даже еще хуже. У нее имелись серьезные взыскания, но она считалась квалифицированным и опытным сотрудником, и ее до сих пор не уволили, несмотря на прецеденты. Дважды Полякевич спускала собаку на людей. Именно об этом вспомнил Колян и отшагнул в траву от греха подальше.
- Чего без маски шляешься? - рявкнула на него Светка, всем телом подаваясь вперед. Найда уставилась на Махова немигающим взглядом. - Про карантин не слышал?
- Хератин, - буркнул Колян и, стараясь сохранять брутальность, двинулся дальше.
- Говно! - обругала его в спину Полякевич.
"Сука", мысленно огрызнулся Колян.
