За полчаса они продвинулись метров на пятьсот. Устали, промокли и оказались на берегу реки, на небольшом обрывчике. Внизу, у лодки, стоял мужик, разбирая латаные сетки, и что-то бормотал под нос. На днище лодки поблескивала рыба. Андрюха не сдержался и начал глотать слюну. Очень уж хотелось есть. Микола переступил с ноги на ногу, чавкая грязью. Мужик оглянулся. Сначала испуганно, потом злобно зыркнул на них глазом, схватил топор и бросился наверх, хрипло выкрикивая:
- Порешу! Антихристы! Порешу!
Андрюха бросился было бежать, но остановился. Мужик никак не мог взобраться наверх, а может быть, просто не хотел. Пугал только.
- Давай руку, - сказал Микола и нагнулся.
- Тебе чего? - сердито спросил мужик.
- Мне ничего. Живем мы тут.
- Никто тут не живет. Зверье разве одно.
- А мы вот живем. Рыбы продай, - сказал Микола, но спохватился, что покупать-то не на что. - Меняться давай.
- А что сами-то?
- Да у нас и снасти нет никакой.
- Бегете, значит?
- Бегем. А скорее догоняем. Да догнать никак не можем.
- У вас и выменять-то нечего. Разве что треух.
- Согласен на треух. Треух не сжуешь.
- Давай шапку-то. Стойте тут. Я принесу.
- Возьми мою! - крикнул Андрюха. Ему было неудобно, что он трухнул сначала. Хоть чем-то загладить свою вину. - Держи. - И он кинул мужику свой треух.
Мужик осмотрел его и, кажется, остался доволен. Он спустился к реке, набрал в низкую, как решето, корзину рыбы, с сожалением посмотрел на нее, вздохнул и, подойдя к Миколе, вывалил ее прямо на мокрую землю.
- Может, на вас кто и наткнется, - сказал он как будто невзначай.
- Это кто же? - спросил Микола.
- Может, стрельцы, может, еще кто.
- Стрельцы? - закричал Андрюха и совсем осмелел. - Какой же сейчас год?
Мужик посмотрел на него, не понимая.
- Ну время, время какое?
- Эх, лихое время, - вздохнул мужик. - Вы, однако, поспешайте.
- Царь-то у вас хоть какой? - крикнул Андрюха, потому что мужик уже спустился к лодке и отвязывал ее.
- А-а, - махнул он рукой. - Что один, что другой. - Он толкнул лодку и поплыл, загребая веслом чуть вверх против течения.
- Вот и вся информация, - печально вздохнул Андрюха.
- Собирай рыбу. Пошли. Рассвело совсем. Покопаемся еще в аппаратуре. Выбираться все равно надо.
Печь в избе была русская. Хорошо, что хоть не по-черному топилась. Они развели огонь. Андрюха принялся чистить рыбу. Микола поплевал на бычий пузырь, протер его, потом вытащил совсем, но в избе стало ненамного светлее.
Микола в который уже раз осмотрел избу. Потрогал и печь, и лавки, и стол, и чурбан.
- Не разобраться в этом. Ведь все рассчитано на абсолютную надежность. Попробуй пойми, где тут аккумуляторы, где реверины? Из-за чего мог перекрыться волновод времени?
- Все дело в аккумуляторах.
- Тогда наше дело швах.
- Наоборот. Без нагрузки восстановят немного емкость, тогда продвинемся вперед лет на сто. - Андрюха явно храбрился.
- А ты сообразил, в каком мы сейчас веке?
- Где-то в тринадцатом-семнадцатом...
- Не позже, чем конец семнадцатого, раз здесь стрельцы рыскают.
- Да, далеко нам до своих.
Они были из двухтысячного года.
Всего две недели назад они заняли места за пультом управления трансформатора времени. Это была совершенно новая машина. Новизна ее заключалась в том, что в любом времени, в каком бы она ни оказалась, она принимала внешний вид, соответствующий данному времени и месту.
Вот очутились они в шестнадцатом веке - и сразу машина стала походить на избу. И их изящные комбинезоны стали похожи на рваные портки и старые полушубки.
И так должно было происходить в любом времени.
И вот какая-то нелепая случайность остановила их в шестнадцатом веке. Случись что-нибудь другое, было бы понятно. Крыша бы вдруг стала похожей на церковную, или бы они в своей избе вдруг оказались во фраках и цилиндрах. Они бы знали в таком случае, что вышло из строя. Но ведь случилось самое непредвиденное - что-то вышло из строя в самой ходовой части. Остановилась машина времени. Ни взад ни вперед.
И разбирайся теперь. Если даже аккумуляторы полетели. Вот они - ряд обыкновенных березовых чурбачков. Хоть расколи их, хоть потряси, хоть переверни на сто восемьдесят градусов. Нет, теперь только ждать. А тут и есть-то нечего. Хорошо, что хоть рыбы выменяли.
Андрюха аккуратно чистил рыбу. Микола вышел из избы, нарубил здоровенным топором дров, приволок их, начал растоплять печь. Скоро внутри избы стало тепло. Вместе с теплом и настроение людей немного улучшилось.
Где-то в лесу вдруг громыхнуло. Сначала они не обратили на это внимания. Ну громыхнуло и громыхнуло. Эка важность. Потом грохот повторился.
- Гром, что ли? - спросил Андрюха.
- Гром? Осенью гром? Откуда сейчас гром? Стреляет кто-то.
- Стреляет? Из чего тут можно стрелять? Подумай!
- А ведь верно, - спохватился Микола. - Если стреляют, значит стрельцы, больше некому.
- А если на нас набредут? Что будем делать?
- Рыбу есть будем. Спокойно так будем есть. Ты смотри, чтоб не подгорела.
- На воде-то подгорит. Даже соли нету. Ну а все же, если они на нас набредут? Что тогда?
