— Хотя брат Аделяр предпринимает героические усилия, каждый раз, когда я прохожу мимо него по коридору, он говорит, что нисколько не продвинулся. Я оставил надежду на то, что философские средства принесут успех. Думаю, океанское дно — последняя возможность.
Рамиро кивнул:
— Да, приор. К сожалению, именно так. Я буду рад отправиться в путешествие.
Томас улыбнулся:
— Вы прямо читаете мои мысли. Я как раз хотел сказать, что поручаю задание вам. Не думаю, что брат Аделяр вообще спал в последние трое суток. Он не в состоянии совершить такую поездку.
— Это самое малое, что я могу сделать, после всех его усилий.
В этот момент из коридора раздался голос:
— Приор Томас! Приор Томас! Я сделал это!
Молясь о том, чтобы Аделяр не ошибся, Томас позволил Рамиро довести себя до мастерской.
— Я пробовал одно сочетание веществ за другим, — говорил Аделяр, шагая перед ними в одеянии, покрытом бесчисленными дырками от едких смесей, и дико сверкая глазами. — Наконец я нашел то, которое сработало, — возможно, единственное во всем творении!
Он подошел к двери и распахнул ее. Лаборатория была полна дыма, который валил наружу и стелился вдоль пола и потолка.
Дойдя до порога, Рамиро помахал перед собой свободной рукой и разогнал дым. Томас прищурился, чтобы разглядеть обстановку, и увидел странную конструкцию, стоявшую посреди помещения. Это оказался деревянный шкафчик, но большую часть его верхней стороны занимала глубокая стеклянная чаша. Сквозь дым, который поднимался из нее, Томас увидел что-то вроде металлического прямоугольника, погруженного в оранжевый раствор, который кипел и пузырился.
— Что здесь происходит? — спросил Томас.
— «Компендиум»! Он растворяется!
Томас молился, чтобы это не оказалось сном. Буквы и узоры ушли с обложки, и вся книга, похоже, плавилась.
— Но как?..
— Методом проб и ошибок, приор! Я все время добавлял к aqua regia разные соединения и растворы, пока… пока не случилось
Да. Это действительно было дивом.
— Хвала Господу. Он сотворил чудо. — Томас посмотрел на Рамиро. — Разве вы не согласны?
Рамиро выглядел обеспокоенным, но потом его лицо прояснилось, и он слабо улыбнулся:
— Да, приор, чудо.
Томас подумал о том, что его тревожит. Завидует успеху Аделяра? Или разочарован, потому что не отправится в путешествие по океану?
Почти час они наблюдали за действом. Аделяр периодически добавлял свежий раствор, пока «Компендиум» не превратился в массу полурасплавленного металла. Аделяр щипцами вынул его из раствора и положил на пол.
— Как видите, — сказал он с гордостью, — «Компендиума Срема» больше нет. Раствор превратил его в твердую массу. В нем даже нельзя узнать книгу.
— Я выброшу остатки, — сказал Рамиро.
Аделяр шагнул вперед:
— Нет необходимости, брат Рамиро, я…
— Вы сделали достаточно, брат Аделяр, — сказал Томас. — Отдыхайте. Вы заслужили.
— Но, приор…
Томас поднял руку, прекращая разговор.
Он не понимал, почему Аделяру стало явно не по себе.
Томас проснулся от тихого стука в дверь. Сразу вспомнилась недавняя ночь, когда Аделяр явился на его порог с проклятой книгой.
— Да?
— Это брат Рамиро, приор. Я должен поговорить с вами, дело срочное.
— Входите.
Рамиро вошел со свечой. Томас по-прежнему лежал в постели.
— Добрый приор, я должен вам кое-что показать.
— Что это?
— Будет лучше, если вы посмотрите своими глазами.
Томас взглянул на него снизу вверх:
— Скажите словами.
Рамиро сделал глубокий вдох и медленно выдохнул:
— Я хочу показать вам «Компендиум».
— Он не уничтожен? — Томас закрыл глаза и застонал. — Как это возможно? Я думал, вы зарыли в землю все, что от него осталось.
— С сожалением сообщаю, что на ваших глазах растворился не «Компендиум». Это была стопка металлических листов. Кроме золота, серебра и платины, царская водка растворяет олово.
Смысл происходящего стал совершенно ясен.
— Вы обвиняете Аделяра в обмане!
— Да, приор. Мне больно об этом говорить, но, боюсь, так и есть.
— Это страшное обвинение.
Рамиро склонил голову:
— Поэтому я хотел вам показать.
— Что показать?
— Где он спрятал «Компендиум».
Томас понял, что на это придется посмотреть своими глазами:
— Зажгите мою свечу и подождите меня в коридоре.
Рамиро прикоснулся пламенем свечи к фитилю той, что стояла на столе, и вышел. Томас с трудом поднялся с койки и накинул черную рясу. Схватив трость, он присоединился к Рамиро в коридоре, а затем последовал за ним в мастерскую Аделяра.
— Я нашел его здесь, — сказал Рамиро, открывая дверь.
Он подошел к шкафчику в центре комнаты, испещренному отметинами от кислоты.
В стеклянной чаше наверху был виден осадок, выпавший после образования раствора, которое они наблюдали накануне. Рамиро встал на колени и снял со шкафчика боковую панель. Потом он убрал доску из основания внутреннего отделения.
— Двойное дно, — сказал Рамиро.
Из скрытого углубления он достал предмет, завернутый в одеяло, положил его на шкафчик, развернул ткань, и глазам их открылся…
«Компендиум».
Некоторое время Томас не знал, что и думать. Может, это фокус? Может, Рамиро так позавидовал товарищу, что?..
В этот момент в комнату, задыхаясь, ворвался Аделяр:
