Она сжала мышцы вокруг удаляющегося ствола. Она крепко обнимала его, но не могла остановить.
Он исчез.
— Пожалуйста! Боже мой!
Она напрягла мышцы, заставив их дрожать.
Но песок только сдавливал её. И совсем не сползал.
Её лёгкие начали гореть.
Она обмякла.
Песок начал вибрировать под её попавшим в капкан телом.
Под её правой грудью появилось углубление.
Язык скользнул по соску.
— Чёрт возьми, Сэнди! Сейчас не время дурачиться! Я задыхаюсь!
Она чувствовала его губы, края его зубов, его извивающийся язык, когда он втягивал грудь в рот.
— Ты ублюдок! Вытащи меня отсюда!
Когда его зубы сомкнулись, Ким закричала.
Песок набился в рот и она перестала кричать от нехватки воздуха.
Давясь песком, в жутких мучениях, она изо всех сил брыкалась, вырывалась из его зубов, пытаясь освободиться от хватки песка.
Песок сжимал её, не давая пошевелиться. Держал её для Сэнди, пока тот ел.
— Ничего себе! — сказал Марк.
— Что такое?
— Зацени-ка. Во-он там. Тот чёрный парень.
Стейси, сидевший за рулём, быстро перевёл взгляд вправо. Он заметил мужчину на расстоянии в полквартала впереди от них. На вид под два метра ростом, весом хорошо за сотню кило, тот шёл медленной походкой на плохо гнущихся ногах. Мускулистое тело мужчины блестело в свете фонарей, будто намазанное маслом. На нём были белые короткие трусы и ничего больше.
Кто-то в полупрозрачной белой ночной рубашке лежал у него на руках.
— Что там у него? — спросил Марк. — Баба?
Стейси не мог хорошо разглядеть большую часть обмякшего тела — только ноги, свисавшие сбоку от мужчины. Голые, стройные, белые ноги.
— Ага, думаю баба.
— Ох ё-ё… — произнёс Марк. Это прозвучало почти как стон.
Они молча уставились на странную пару. Стейси убрал ногу с педали газа и машина сбросила скорость. Когда они проезжали мимо, Стейси следил за дорогой, но Марк повернул голову, чтобы посмотреть поближе.
— Что думаешь? — спросил Стейси.
— Женщина, белая и, похоже, без сознания.
— Есть признаки травм?
— Заметных нет. Но этот "Мистер Вселенная" явно под кайфом.
— Я сейчас приторможу.
— Ага, валяй. — В голосе Марка не прозвучало особого энтузиазма. Он бросил взгляд через плечо. Потом повернулся к товарищу и сказал: — Думаешь, нам обязательно в это ввязываться?
— Знал бы ты, как я этого не хочу.
Рабочий день был долгим. Вдобавок, после дежурства они сходили на двойной бейсбольный матч на стадионе "Доджер".
Во время игры оба умяли по несколько хотдогов, пакетиков солёных орешков и выпили немало холодного пива. Как выразился Марк, "столько пива, что хоть на байдарке плавай". Стейси хотел лишь добраться до дома и завалиться спать.
Надо было на автостраде оставаться, — подумалось ему, Ну да, постояли бы в пробке, зато не влипли бы в такую чертовски странную ситуацию.
— То есть, — начал Марк, — мы же сейчас типа не при исполнении, если что.
Не отводя глаз от зеркала заднего вида, Стейси отслеживал приближение мужчины. Марк наблюдал в боковое зеркало.
— Так-то оно так, — сказал Стейси, — Но думаю, не повредит пообщаться с парнем. Может, там ничего такого и нет.
Марк громко фыркнул.
— Ага, конечно, это ведь может быть его дочь.
— Почему нет, если у него белая жена…
— Слушай, а может, это и есть его жёнушка — хмыкнул Марк.
— Совершенно не исключено.
Кем бы она ему ни приходилась, — подумал Стейси, — она либо дрыхнет, либо в отключке. А то и вовсе покойница.
Он обратил внимание на то, как колыхались свисавшие с поникшей головы белокурые локоны. Обе её ноги покачивались в такт твёрдым, отрывистым шагам мужчины.
В бледном свете уличных фонарей, с обзором, искажённым зеркалом и задним стеклом автомобиля, он не мог достаточно хорошо разглядеть лица, чтобы определить её возраст. Не мог даже понять, хорошенькая ли она. А вот фигура у неё была что надо. Тонкая, облегающая ночнушка не позволяла в этом усомниться. Она определённо не была ребёнком. Или подросток, или взрослая женщина.
— Маловато на ней одежды, — прокомментировал он.
— Может, её из постели вытащили, — предположил Марк, — А он-то почему в одних труселях?
— Идёт домой после медкомиссии?
Марк рассмеялся.
— Ага, точно, — пытаясь подражать голосу Брандо, он продолжил: — Этот парень мог бы стать чемпионом.
— Вполне возможно.