Одна струйка обогнула грудь, а другая потекла по груди к соску.
Джефф слегка присел, наклонился и слизнул кровь с соска.
Шеннон вздрогнула.
Он взял сосок в рот, обвел его языком и слегка сжал зубами, наслаждаясь его твердостью и эластичностью.
— Эй, — oна потянула его за волосы. — Не надо.
Он отнял свой рот и выдохнул:
— Кровь.
— Не надо никаких глупостей.
— Извини.
Она отпустила его волосы…
Слизывая кровь с ее груди, он ожидал, что она опять схватит его за волосы, но этого не произошло. Он облизал всю боковину и нижнюю часть, затем снова провел языком снизу-вверх, ненадолго задев ее сосок. Она напряглась и застонала, но не сделала попытки остановить его.
Хотя ему до боли хотелось снова пососать сосок, он решил, что не стоит испытывать судьбу.
Потому он оставил ее грудь в покое и, следуя по кровавым дорожкам, поднялся выше.
Он проследовал за ними по плавному изгибу ее ключицы к их источнику. Присосавшись губами к ранкам, он обхватил ее руками и крепко прижал к своему телу. Ее груди уперлись в его грудь: правая была сухой и теплой, левая — влажной и липкой. Его твердый пенис уперся ей в живот и заскользил вверх, пока весь плотно не прижался к ее телу.
Джефф извивался, терся об нее.
И лакал, чувствуя, как ее кровь попадает ему в рот.
Он задавался вопросом, сможет ли он заставить ее бить струей?
Чем сильнее он сосал, тем больше крови лилось ему в рот. И тем больше Шеннон стонала, задыхалась и извивалась рядом с ним.
Держа правую руку прижатой к ее спине, он вытянул левую вперед, слегка повернулся, чтобы появилось пространство между их телами, затем протянул левую ладонь и обхватил ее правую грудь.
Та заполнила его руку.
Сосок уперся в ладонь.
— Не надо, — выдохнула она, все еще извиваясь.
Он стиснул ее грудь. Она была нежной, твердой, упругой, невероятной. Он сильнее присосался к шее. Кровь наполнила рот. Шеннон дрожала и тяжело дышала.
— Прекрати, — выдохнула она.
Он отпустил ее грудь и повел рукой по ее спине. Затем позволил ей соскользнуть вниз. Когда он провел по гладкому бугорку ее правой ягодицы, она застонала и выгнулась ему навстречу.
Джефф! — выпалила она.
Он опустил другую ладонь вниз и схватил ее за ягодицы обеими руками, глубоко впиваясь в них пальцами и прижимая ее еще плотнее к своему телу. Джефф яростно терся о Шеннон, впиваясь зубами в ее шею, сосал и глотал.
— Нет! — взвизгнула она. — Прекрати! Мне больно!
Он открыл рот и откинул
В мгновение ока они наполнялись кровью.
Он заорал:
— БЛЯДЬ!
А потом Шеннон впилась зубами ему в шею.
Боль пронзила его тело. Он вскрикнул, напрягся, затем потерял равновесие, когда Шеннон обхватила его ногами. Он отшатнулся назад, крепко прижимая ее к себе за ягодицы.
А потом упал.
Его спина врезалась в камень. Голова, пролетев мимо края пьедестала, мотнулась в воздухе. Он позволил ей повиснуть, слишком ошеломленный, чтобы поднять ее.
Он выпустил ягодицы Шеннон. Его руки безвольно упали вдоль тела.
Но она не ослабила хватки на его шее.
Она была на нем сверху, сосала и извивалась.
Мычала, втягивая кожу его шеи.
Он чувствовал, как ее зубы погружаются в его плоть, как она с силой засасывает, чувствовал, как брызнула его кровь.
Слышал хлюпающие влажные звуки, когда она сосала и глотала.
Затем ее зубы отпустили его. Ее рот оторвался от него.
— Нет. Шеннон. Не надо. Не останавливайся.
— Тебе нравится?
— ДА. Господи. Пожалуйста.
— Больше никакой крови. Не сегодня.
— Ну, пожалуйста!
— Нет, нет, и нет. Больше никакой крови.
На четвереньках она скользнула назад, слегка касаясь сосками его груди, живота и бедер.
И поцеловала его твердый пенис.
Скользнула по нему губами.
Всосала его глубоко в тугую, влажную пещерку своего рта.
Извивалась и мычала, лизала, сосала, поглаживала его твердую длину вверх и вниз скользкими губами… и в конце проглотила.
Позже они вылизали друг друга дочиста. Затем спрыгнули с пьедестала и принялись искать свою одежду. Надев обувь и прихватив с собой все остальное, они вернулись к машине. Затем они наложили себе на шеи марлевые повязки из сумочки Шеннон. Затем оглядели себя в свете салона. Уничтожив последние следы, быстро оделись и поспешили к дому Шеннон.
— Боюсь, ты опоздала, — сказал Джефф.
— Кого это волнует? — ответила Шеннон. — Это было просто замечательно.
— Не только это, — согласился с ней Джефф, — но и то, что вампиры нас так и не достали.
Шеннон оскалилась на него.
— Ты так думаешь?