— Итак, — выдохнул демон. Он ужасно вспотел, о чем свидетельствовали искры, поднимающиеся от его тела. — Теперь второй шаг. Но сначала отдай мне должный счет.
Его голос обратился к ведьме, но глаза не могли смотреть на нее. Только я наконец-то нашел Мисс Териозо в темноте. Она стояла у окна, открытого окна, и уже оседлала метлу.
— Она не пойдет на сделку! — крикнул я. — Она обманула нас и убегает!
Это была правда. Демон понял это мгновенно.
— Вернись! — закричал он.
— Прощай! — закричала ведьма.
Она поднялась в воздух, но демон как гигантский резиновый мяч, понесся за ней. Он стремительно взмыл вверх, в окно. Я бросился к карнизу и выглянул наружу. Паря в воздухе, ведьма и демон дико царапались в извивающемся клубке рук и ног. Она пыталась удержать листок бумаги, а он обнял ее своими красными руками, шипя.
Метла сильно закачалась.
Внезапно раздался оглушительный раскат грома, вспышка обжигающего блеска глазного яблока, а затем — пустота. Ведьма и демон исчезли. Обуглившаяся ручка метлы с грохотом упала во внутренний двор. Все было кончено. Я устало повернулся лицом к мраморным статуям тех, кто когда-то был моими друзьями.
Теперь они снова были статуями, окаменевшими во веки веков.
— Трина, — прошептал я.
Безжизненный манекен смотрел на меня остекленевшими глазами. Руки все еще были протянуты в мольбе, но их объятия были холодными. Судья Нэмботтом включил свет и потер глаза.
— По решению суда, — прошептал он, — эти статуи должны быть конфискованы. Немедленно. И надо убрать их с глаз долой. Ни слова об этом не должно выйти наружу. Ты понимаешь?
Я молча кивнул.
— Дом Джулиуса Маргейта будет выставлен на продажу, — добавил судья.
— А манекен? — прошептал я.
— Будем ждать иска от законных владельцев, — сказал судья. — Прости, мой друг. А теперь тебе лучше уйти.
И я ушел. Что еще мне оставалось делать? Так все и закончилось. Я оставил Маргейта, его друзей и его дом. А теперь стараюсь все забыть. Конечно, я до сих пор вижу каждый день манекен. Это все, что мне осталось, знаете ли. Все, что я должен доказать, что это действительно произошло. Так что я вижу манекен в окне магазина каждый день. И вы можете прийти и увидеть ее сами, если хотите…
Она стоит третьей слева — в самой большой витрине нашего универмага.
Маленький мистер Фуз поднялся по ступенькам крыльца к двери своего аккуратного загородного домика. Его челюсть была решительно сжата. Сегодня вечером он собирался раз и навсегда покончить с профессором Бикером.
«Это, — мрачно размышлял Мистер Фуз, — зашло слишком далеко. Дора все равно не должна была брать его на пансион. Я признаю, что мы могли бы использовать деньги, и свободная комната простояла бы впустую. Но почему она сдала его безумному профессору химии?»
Сидней Фуз остановился перед дверью и помедлил, прежде чем объявить о своем прибытии. Ему нужно было еще немного набраться храбрости. Он походил взад и вперед, вспоминая оскорбления и раны, нанесенные их жильцом.
— Первое, что он сделал это привез все свои химикаты, — пробормотал мистер Фуз. — Потом начал проводить эти дурацкие эксперименты. Не знаю, что он там делал и зачем, но запах стоял убийственный.
Мистер Фуз задумчиво сморщил нос. Запах был просто ужасный. Мистер Фуз и Дора просыпались среди ночи и принюхивались к тому, что просачивалось в воздух с чердака, где жил и работал профессор Бикер. А потом однажды воскресным утром профессор Бикер поджег комнату. Тогда мистер Фуз решил его вышвырнуть, но постоялец так быстро заплатил и сослался на срочную необходимость своего «великого эксперимента», что мистер Фуз позволил ему остаться.
На прошлой неделе случилось наводнение. Три дня назад Бикер принес на чердак десять живых цыплят и превратил их в облако перьев. Мистер Фуз устал от своего постояльца-выскочки и его выходок. Независимо от того, с чем он «экспериментировал» — с вечным двигателем или ракетой на Луну — профессор Бикер должен уйти. Если он не скажет, что именно делает, или не впустит кого-нибудь в свою комнату, это приведет к плохим последствиям. Пусть лучше отправляется в обитую войлоком камеру и продолжит там свои химические исследования.
— И еще одно, профессор! — прорычал мистер Фуз, повышая голос и насмехаясь над воображаемой фигурой, съежившейся в его воображении. — Вы можете любезно взять все ваши причиндалы и…
— Сидни!
Мистер Фуз внезапно очнулся от своего сумеречного дневного видения. Дора, его жена, стояла на пороге.
— Привет, дорогая, — кротко сказал он.
— Почему ты разговариваешь сам с собой? — спросила она.
— Я просто репетировал, — объяснил Мистер Фуз. — Сегодня вечером я собираюсь отчитать профессора.
— Нет, Сидни.
— Что значит — нет?
— Боюсь, ты не сможешь этого сделать.
— А почему это?
— Ну… видишь ли, сегодня он довольно неожиданно исчез.
— Внезапно уехал? Как?
— Через крышу, — сказала ему Дора.
— Нет!
