Он отбросил руку, намереваясь нанести удар чудаку по лицу. Он был готов к этому, его тело начало поворачиваться, и он приготовился к твердому, сильному удару. А потом он последовал за своим кулаком, и кулак выстрелил, мимо звезд и в темноту за ними. Джо Гибсон улетел вместе с ним и провалился в темноту, которая начала спускаться… спускаться все глубже…
— Господи, ну и хорош же ты был вчера вечером, — сказал Макси, помешивая в чашке, прежде чем поднести ее к губам Джо Гибсона. — Ты был полнейшим вонючкой.
— Заткнись, — сказал Гибсон.
— Валялся лицом на полу в баре. Без сознания, — сказала Макси, с силой вливая содержимое чашки в горло Гибсона.
— Забудь об этом, — произнес Гибсон, едва к нему вернулся дар речи.
Макси пожал плечами.
— Ладно, приятель, — сказал он. — Я забуду об этом. Ты на коне. Я назначаю тебе пятьсот долларов в неделю за самый горячий набор имен в бизнесе, и что ты делаешь? Отправляешься в ближайший бар, надираешься там и вырубаешься перед парнем, который рекламирует услуги своей конторы. Ты говоришь мне забыть об этом. Так что я готов забыть все — и тебя в том числе.
Гибсон сел в постели. Он двигался очень быстро для человека, пребывающего в похмелье.
— Нет, Макси, — сказал он. — Я не это имел в виду. Честное слово, нет, прости. И я бы никогда не ударил парня, если бы он не начал зудеть об этом Марсе. Я просто стоял и занимался своими делами, когда он раскрыл пасть и начал болтать о полете. Так что я дал ему на орехи и сам получил по лицу.
Макси уставился на него.
— Я видел, как это случилось, — пробормотал она. — Ты стоишь у стойки бара, и по обе стороны от тебя никого нет в радиусе десяти футов. А потом начинаешь бормотать себе под нос, разворачиваешься и бьешь по воздуху.
— Но тип в коричневом пальто… — начал Гибсон.
— Я не видел никакого типа в коричневом пальто, — медленно проговорил Макси. — Все, что я вижу, это чокнутый по имени Джо Гибсон, который ныряет носом в пол.
Гибсон вздохнул.
— Так вот как это было?
— Именно так это было.
— У меня были глюки, — вздрогнул Джо Гибсон.
Макси сел на кровать.
— Помнишь старые времена, Джо? — спросил он. — Ты был подонком из «К.С.», когда я вытащил тебя из ямы Риальто. Ты играл как придется. Я тебя засек. Заставил тебя работать. Оформить свой стиль.
— Где твоя скрипка? — спросил Гибсон. — Тебе нужна более мягкая музыка для этой партии.
— Я не собираюсь давать тебе ни строчки, — сказал Макси. — Просто говорю как есть.
— Что ты говоришь? — Джо Гибсон выпрямился и стряхнул руку Макси с плеча. — Все в порядке. Ты подобрал меня в канаве и сделал из меня большого игрока. Не на вторых ролях, а достаточно крупного. Достаточно серьезного для Гудмена, Шоу, Миллера, кого угодно.
Черта с два ты это сделал! Это я, Джо Гибсон — я тот парень, который выдувает свое сердце через трубу. Когда ты видишь, что все в порядке, ты тащишь меня наверх. Но ты ведь получаешь свои десять процентов, не так ли? Я музыкант, а ты просто торговец плотью.
Макси не шелохнулся. Его улыбка была застывшей и печальной.
— Дело не в этом, Джо, — вздохнул он. — Мне не нужны барыши. Ты был хорошим парнем. Много работал. Но теперь уже нет. — Он встал. — Я ничего не понимаю, — сказал он. — Во-первых, это пышное представление, которое ты устроил в Скрэнтоне, когда вызвал другого музыканта на дуэль. И то, какие выкрутасы ты устроил в Радужной комнате. И как я вытащил тебя из передряги в Чи, когда ты не явился на записи в студию Декка. Из-за этой твоей ненормальной малышки и этого придурка ты заработал себе неплохую репутацию, да? Джо Гибсон, один из лучших трубачей в индустрии. Но не нанимайте его! Потому что он также один из лучших спецов по блондинкам и бурбону.
Джо Гибсон сидел почти согнувшись пополам. Его голова упала на колени, и он всхлипнул.
— Хорошо, — сказал Макси. — Я не знаю, что на тебя нашло. Не знаю, чего ты боишься. Может быть, ты вдруг придешь в себя. Но не надо мне ничего обещать. Я посмотрю, что можно сделать. Может быть, я смогу исправить эту ситуацию. Остальное зависит от тебя. Отдохни немного. Позвоню тебе завтра.
Макси вышел. Джо Гибсон снова скользнул под одеяло. Его лицо постепенно перестало болеть. Он приготовился ко сну. Зазвонил телефон. Джо Гибсон протянул руку к телефону на прикроватной тумбочке.
— Привет, — произнес знакомый голос. Гибсон не мог понять, что это такое, поэтому тихо хмыкнул.
— Я просто хотел узнать, — сказал голос, — о нашем вчерашнем разговоре. Вы уже приняли решение насчет поездки на Марс?
Джо Гибсон с грохотом бросил трубку на рычаг. Голова его скрылась под одеялом, и он долго лежал, вздрагивая и всхлипывая.
Премьера была солидной. Так и должно было быть. За неделю до этого творился просто чистый ад. Макси снова работал как собака, исполняя условия контракта. Джо Гибсон на репетиции выбил весь алкоголь из организма. Теперь он сидел на эстраде и ждал, когда заиграет оркестр, а в руках у него была труба. Он знал, что все в порядке.
