Все рассказанное здесь случилось на самом деле. Имена изменены. События нет. Простите, кто узнал себя. Но я не клялась хранить ваши тайны.
***
Душа, способная на величайшее добро, способна также и на страшное зло. И наоборот.
Есть ли кто-нибудь развратнее сорвавшейся тихой «мамочки»? Есть ли кто-нибудь вернее влюбившейся шлюхи?
Когда я маленькая жила в детском доме нас не навещал никто. Только у одной девочки, моей подружки, была старшая сестра. Она приходила к ней. Приносила конфеты и яблоки. И все мы, девчонки, ее любили и очень ждали. Она была очень красивая. И ласковая с нами. С ней было так клево! Мы вдвоем иногда убегали к ней домой. Не на долго, на полчасика – она была все время занята.
Теперь я понимаю все. Но до сих пор я не могу думать о ней, как о проститутке, а о ее меняющихся друзьях, как о ее клиентах…
За внешней мерзостью может скрываться большое сердце. За благородными поступками – корысть и расчет. В любом живет две сущности. Какая победит?…
То ли мысли, то ли приснилось.
Ленка на кухне гремела чайником, чашками, всем подряд. Что-то швырнула:
– Блин! Затрахало все. Вставай, подруга – завтрак!
Что-то Ленок не в духе…
Мы допиваем чай, Ленка смотрит на меня как на идиотку:
– Какой Тунис? Ты гонишь? Откуда деньги?! У меня нет!
– У меня есть. Немного, но есть. Я хочу поехать. И ты поедешь со мной.
– А ты меня спросила? А?! У меня Юлька и, вообще-то, свадьба через месяц!
– Юлька – это дочь твоя? А ты ее, что одну не оставляла?! Она у тебя с кем, когда ты к жениху в Липецк ездишь? Или, когда на тусняках своих зависаешь? Или вот сейчас? А к свадьбе успеешь – мы едем только на неделю.
– Не могу. У меня дел много здесь.
– Дел, Лена, у тебя никаких нет. Ты просто сидишь в своем болоте и не можешь вылезти. Выдернись!
– А ты не сидишь? В своем?
– Сижу. И тоже хочу вылезти. Давай сменим обстановку! Это надо. И тебе и мне!
– Мне не надо – у меня все норм! Кстати, коль деньги есть, давай поднимем? Я сейчас закажу.
– Что поднимем? Ты о чем?
– Ну, закладку. А то у меня все кончилось. Порошок. Давай?
– Нет, Лен это без меня. И вот, что, подруга хватит разменивать себя на всю эту муть! Ты красивая, умная, ты жесткая. Ты…
– Ну, чего понесла? Мама что ли? Какая я? Кому я нужна? Все эти… поклонники, мать их! Только время провести, а… жен не бросают своих! Но верность им подавай! Суки! И мне сколько лет? Ты меня перевоспитай!
– Ты наркоту свою брось. И проблем не будет.
– Да нет проблем! Хочу фигачу, хочу – нет. Но я хочу! Это вот – прям мое! Нервяки отпускает, мысли. И… на секс пробивает. Страшно! Да ты себя вспомни! В мотеле.
– Больше не будет
– Ой, ли? Был бы вчера порошок… Не продрыхли бы всю ночь. Без толку… Ладно, зачем я тебе?
Хороший вопрос… И у меня ответа нет. Не знаю. Но мне с ней хорошо. Просто потому что она рядом. Бред какой-то. Что бы ей сказать?
– Ладно, не напрягайся! – Ленка смеется, но по-доброму. – Мне, в общем-то, все равно. И я решила – едем! Пошли они все!
– Хорошо. Я звоню тогда Сашке. Надо через него. У тебя загранпаспорт есть?
– Едем, едем. И загран у меня, кстати, с собой! Но давай мне возьмем, напоследок? И я больше не буду. Ни разу! Обещаю.
– Ленк! Правда? Поехали. Вырвемся, очистимся, ну их на… Всех! А там видно будет.
– Будет, будет. Я заказываю – давай номер карты.
– У меня нет карты!
– Блин… Ну у меня есть Киви кошелек… Надо только пополнить. У тебя внизу, вроде есть терминал? Давай кинем?
– Сколько?
– Я беру со скидкой, два косаря – надо еще место указать. У нас Дмитровка?
– Ладно, Лен. В последний раз. Но не шути со мной. Удавлю.
– Да я уж все поняла. Про тебя. Это не я – это ты жесткая. Может тебя мне и не хватало. Не обману. Даю слово!
– Хорошо, – я беру две тысячи из тумбочки. – Я пойду, кину денег тебе на Киви. Но в последний раз ты жрешь эту хрень!
– Обещаю. Правда.
****
Мы петляем по каким-то дворам, Ленка курит, нервничает. Вся дерганная. Едет по навигатору. Улица Горчакова дом 3. Останавливаемся метрах в ста от дома.
– Вот смотри, – она показывает фото в смарте. – Видишь стрелку под окном? Засунешь руку под карниз. В белой изоленте. Маленький такой. Он там на магнитике.
– Ты, что сдурела?! Иди сама!
– Пожалуйста! Сходи. У меня шугняк. Я на нервяке. Ты быстро, никто и не заметит.
– Нет, иди сама или я ухожу.
Ленка выскакивает из машины, но к дому идет медленно. Все медленнее и медленнее. Останавливается, пропускает прохожих. Вдруг быстро подходит к окну, шарит руками под карнизом. Идет к соседнему, ищет там. Быстро возвращается. Почти бегом
– Садись, за руль! В темпе!
Я пересаживаюсь, она садиться на заднее сиденье.
– Поехали! Поехали! Не тупи!
Я рву с места. Вылетаем из двора.
– Ты чего?! Куда понеслась? – она ржет. – Все нормально, не дергайся.
– Блин, Лена! На хрен я вообще во все это вписалась? – я в бешенстве. – Мне надо с Сашкой встретиться, а я тут херней твоей занимаюсь!
– Ну и поехали к Саше твоему. Ты езжай пока, я потом пересяду.
Ленка раскручивает маленький сверточек из белой изоленты. Достает пакетик, прячет в лифчик. Но уже отсыпала. Нюхает.
– Я чего под второе окно то полезла? На всякий! И вот еще закладку нашла! Халява! – она достает второй, разворачивает, прячет. – Ну, все, пять минуток и я поведу. Спасибо, подруга ты моя! Куда ехать то?
