— Да нет, не все они так уж занимательны, — ответил он. — Некоторые чрезвычайно скучны. Но есть кое-что интересное. — И он указал на гору бумаг, придавленную тяжелым аметистовым пресс-папье. — Это про городскую канализацию и воду, которой она снабжается. Мы выясняем, откуда поступает вода, и если удастся доказать, что она стекает именно с холма, на который указывают мои клиенты, то мы сможем получить судебное предписание против компании, которая отводит эту воду с целью получения энергии, то есть электричества. Все дело будет основываться на дарственной Карла Второго, о наличии которой у нас другая сторона и не подозревает. В этом деле уйма законодательных нюансов, которые представляют огромный интерес.
— А много было дел, связанных с убийствами? — спросил я.
— Как раз собираюсь приступить к одному, — ответил он.
В эту минуту в комнату вошел помощник Чарлза.
— Где документы по делу Плобера, Смерджин? — спросил Чарлз.
— Вот, сэр, я полагаю, — ответил Смерджин.
И он вручил Стентеру пухлую тетрадь, исписанную небрежным почерком, а Стентер протянул ее мне.
— Хочешь прочесть? — спросил он.
— А в чем суть? — спросил я.
— Там все ясно, — сказал он. — Сам увидишь, когда прочтешь.
— Спасибо, — сказал я. — Убийство, говоришь?
— Да, — подтвердил он. — Убийство.
— Есть в убийствах нечто захватывающее, — сказал я. — Уверен, что твое дело про дренажную систему тоже любопытное. Но, должен признаться, меня привлекают убийства. Сознаю, что это странновато. Но ничего поделать не могу. Я впервые так близко имею дело с убийством. Обязательно прочитаю, если не возражаешь.
— Конечно. Присаживайся, — сказал Стентер. — Устраивайся вот в этом кресле.
Так я и сделал. Это было удобное кресло у теплого камина. Стентер вернулся за свой стол и занялся кипой бумаг по делу о дренажной системе, и вскоре он полностью погрузился в это занятие. А я принялся читать пухлую рукопись со множеством помарок. И вот что я прочел:
