- Вилкой, - отвечает Петр и вынимает из кармана обычную столовую вилку.
- Где же ты вилку взял? - опять удивился я, потому что вилка совсем не похожа на те, что у нас дома.
- В столовой, где мы пирожки кушали, позаимствовал.
Украл, значит. Да и зачем ему вилка в лесу понадобилась? А Петр ножом палку вырезал, один конец палки расщепил, в расщеп ручку вилки вставил, шнурком от ботинка плотно обвязал. Получился гарпун.
Делали мужики у нас на заводе такие: и с одним зубом, и с тремя. Вот только у настоящего гарпуна лезвия зазубрены, специально, чтобы рыба не соскользнула. А как Петр будет гладкой вилкой щуку гарпунить, я не представлял.
Сегодня использовать гарпуны в рыбной ловле запретили, и считаю - правильно сделали. Уж очень часто с них рыба сходила. Больше рыбы поранят, да испортят, чем наловят.
А Петр уже к речке направился.
- Ты Саня, мне только не мешай, - говорит.
А я и не собирался мешать, еще спугну щук, а потом меня же Петр и обвинит, что я ему помешал рыбу ловить. Стою на месте жду.
Подошел Петр к речке, примерился и со всего размаха всадил вилку щуке в спину, навалился на импровизированный гарпун всем телом, прижал щуку ко дну, а потом ловким движением выбросил ее на берег.
Когда обратно возвращались, Петр занес вилку в столовую.
- Хорошая, - говорит, - вилка, сопутствует ей рыбацкая удача, вот только мне она больше не пригодится. Пусть другие пользуются.
Потом ребятам на заводе рассказывал, как двоюродный брат вилкой щуку поймал, никто не верил.
- То, что твой брат щуку вилкой заколол, вполне верим. Сами с острогами на щук не раз ходили, но зачем он в лес вилку с собой взял?
Меня это и самого удивляло. Спросил об этом Петра, перед его отъездом.
- Взял, и взял. Чего пристал, - недовольно ответил Петр, - Случайно так вышло.
Как вологодские рыбаки нас рыбьим "жирком" угощали
Как только исполнилось 18 лет, меня призвали в армию. Отслужил, как тогда было положено - три года. До армии я работал на заводе и учился в вечерней школе. После армии снова пришлось сесть за учебники. Как назло в начале пятидесятых был прекращен прием на биологический факультет Петрозаводского университета. Решил поступать в Ленинградский университет на биологический факультет. Вступительные экзамены сдал успешно и вот я студент университета.
Куратором нашей группы была Наталья Александровна, женщина средних лет, преподаватель, кандидат наук. Между собой мы называли ее сокращенно - эН-А (Н. А.). В конце первого курса она подошла ко мне:
- Саша, этим летом сотрудники с кафедры паразитологии участвуют в экспедиции, организованной академией наук СССР. Будем изучать паразитов пресноводных рыб. Я еду в эту экспедицию, но мне нужен помощник. Знаю, что ты серьезно хочешь заняться ихтиологией. Для тебя это хороший шанс познакомиться с работой экспедиции, получишь навыки работы лаборанта в полевых условиях, соберешь материал для курсовой научной работы. Есть еще время подумать.
- Я согласен, - говорю, - а когда начало экспедиции? У меня же еще впереди летняя сессия.
- Вот как раз сдашь экзамены, и поедем, - отвечает она.
До начало экспедиции время пролетело незаметно. Летнюю сессию я сдал успешно. От университета в экспедицию ехало несколько человек, но нам предстояло работать в разных местах, планировалось охватить несколько больших водоемов Северо-запада. Мне, конечно, хотелось попасть в Карелию, но нас с Н.А. отправили в Вологодскую область.
С нами должна была еще ехать студентка нашего факультета, но какие-то семейные дела ее задержали. Она приехала потом, тремя днями позже. Именно она и должна был выполнять обязанности лаборанта в полевой лаборатории, а моя задача была ходить с рыбаками в озеро и отбирать, сразу после вылова рыбу, для наших исследований. С начальством рыболовецкой артели все было заранее согласовано.
И вот мы в Вологодской области в рыболовецкой бригаде. На берегу Онежского озера несколько домиков, в одном из них нам выделили две комнаты. В одной комнате поселилась Н.А с лаборанткой, в другой комнате мы решили организовать лабораторию. Я же буду ночевать с рыбаками в соседнем домике.
Я быстро снял наши вещи, тюки и ящики, с грузовой машины, которая подбросила нас до места, и стал переносить их в лабораторию. Пока мы распаковывали груз, подошел бригадир, кряжистый мужчина с суровым обветренным лицом и черной, как смоль бородой. Степенно поздоровался, сказал:
- Прошу к нашему столу, отведать, что Бог послал.
- Ты, Саша, иди, - говорит мне Н.А, - а мне еще нужно тут кое-что проверить. Я подойду позже.
- Хорошо, - говорю.
- Строгая у тебя начальница, - уважительно сказал бригадир рыбаков, - сразу видно ученая - в очках.
Рыбацкая бригада уже садилась за стол. Все мужики под стать бригадиру - косая сажень в плечах. Мне сразу же налили большую миску ухи, дали в руку ломоть хлеба, придвинули ближе деревянную ложку.
- Давай хлебай уху, не стесняйся.
Один из рыбаков, исполняющий роль повара, поставил на стол миску полную каких-то плоских белых полосок и стал их бросать на сковородку, тщательно обжаривая с двух сторон.
