– Да, почти то же самое, что и в суде. Она позвонила в Старую часовню рано утром. Был включен автоответчик. Но это не значило, что Кита нет дома. Она сказала, что он не стал бы говорить с ней, что он знал, что, если они поговорят, ему придется позволить ей вернуться. Ей хотелось пойти к нему, но были выходные, и она знала, что, если там будет Эбигейл, он не будет вести себя естественно. Она решила уехать в этот день спонтанно. Доехала до Халла и села на первый поезд до Лондона. Вернулась на поезде под вечер. Никто ее не видел и не говорил с ней. Когда она вернулась домой к родителям, то узнала, что Эбигейл мертва. Она пыталась позвонить Киту, высказать соболезнования, но ответа снова не было. Ее родители убедили ее не ходить к нему. Потом ей рассказали, что он переехал к другу, чтобы спокойно погоревать. Через несколько дней ее арестовали.
– У нее были какие-нибудь теории о том, кто убил Эбигейл?
– Она обычно как-то неопределенно говорила о том, что Эбигейл напрашивалась на неприятности. Тем, как она одевалась и заигрывала с мужчинами. Кривлялась, хихикала, флиртовала. С какими-то грустными больными стариками, говорила Джини. Я думала о том…
– Да?
– Я думала о том, не говорит ли Джини о своем отце. Не потому ли она так его ненавидела. Не за то, что он убил Эбигейл, – убийство она бы ему простила. Но за то, что позволил ей взять на себя вину. За то, что оставил ее гнить здесь. Правда, я в это не верила. Не больше, чем на минуту. Я считала, что она виновна.
Когда Вера вернулась в отель, было уже почти время ужина, и она рвалась в бой. После тюрьмы она заехала в Крилл, в полицейский участок, где устроили временный штаб расследования. Она ожидала, что к ней будут относиться, как у нее дома. Не как к женщине, неземному существу, а как к человеку, с чьим мнением считаются. Она ошиблась. Там царил Пол Холнесс. Выкрикивал приказы, раздавая похвалы своей восхищенной команде. Сначала он отнесся к ее вопросам со снисходительным юмором, а потом – с откровенной враждебностью. Она его недооценила. Может, Холнесс и не был слишком умен, но он не хотел, чтобы она играла активную роль в расследовании убийства Кристофера Уинтера.
В отеле она пошла прямиком к бару. Он был обставлен, как джентльменский клуб, с тусклым освещением и такой тихой музыкой, что было сложно разобрать слова. Она казалась скорее какой-то фоновой вибрацией, раздражающим жужжанием насекомого. Ей не помешало бы принять душ, но выпить было нужнее. А пить одной не хотелось. Она позвонила Эшворту.
– Ты где?
– Только что зашел. – Он почувствовал ее настроение и добавил: – Мэм, осторожность не повредит. – Иногда это могло ее смягчить. Но не сегодня.
– Давай сюда. Я плачу.
Она сидела, заняв своими сумками и пальто почти весь кожаный диван, и курила, пока он не пришел.
– Как прошел визит в тюрьму? – мягко спросил он.
– Интересно, но мы поговорим об этом позже.
– А ваша встреча с местной полицией?
Она не ответила.
– А тебе они как? Дали список свидетелей, которые были у Мэнтела? Без проблем?
– Абсолютно. Им же легче. Лишний человек, не тратить время на проверку свидетельств и повторные допросы. Они от такого не откажутся.
– Мне они показались чертовски неприятными.
Он ничего не ответил, но подумал:
– Они хотят вести эти два дела как отдельные расследования. Пока что нет доказательств тому, что они связаны. Так они говорят. Так говорит Холнесс. Безумие. И даже если связь будет, моя роль не в том, чтобы найти, кто убил Эбигейл, а в том, чтобы понять, что первая команда делала не так.
– Это вопрос политики, – сказал он. – Они не хотят, чтобы чужаки расследовали дело об убийстве. Это выставит их всех некомпетентными. Вы разве не подумали об этом? Не представляю, чтобы вы согласились на такое в своем участке.
– Может, и нет, – сказала она.
– Холнесс мог попросить вас приостановить следствие по делу Мэнтел, пока идет текущее расследование.
– Пусть только попробует! – Она терпеть не могла, когда Эшворт был прав. – Кроме того, журналисты поймут, что они пытаются все замять.
– В команде, работающей над убийством Кристофера Уинтера, есть офицеры, которые раньше работали над делом Мэнтел? – спросил он.
– Нет.
– Тогда не знаю, с чем бы вы могли тут поспорить. Новая команда. Вряд ли они допустят те же ошибки снова. И они будут держать вас в курсе событий…
– Только говорят, что будут. Сомневаюсь, особенно если найдут что-то, связанное с делом Мэнтел.
– Ну, что делать.
Она выпила свой скотч и улыбнулась ему.
– Не обижайся на меня, дорогой. Я просто хочу домой. Понимаешь?
Он кивнул.
– Так как у тебя дела? – спросила она.
– Не думаю, что показания свидетелей многое нам дадут. Похоже, семья Уинтеров приехала на вечеринку в числе последних. Кэролайн Флетчер приехала позже, но вчера вечером она говорила местным полицейским, что никого не видела на дорожке.
– То есть она наиболее вероятный подозреваемый в убийстве Кристофера?
