— Здрасьте, это вы! — будто сквозь вату, пробился тонкий Победил голосок, и она сама, чумазая и сияющая, вынырнула из клубов пара и встала перед Игорем, разбросав по сторонам руки, будто собиралась его обнять. — Как здорово! А я уже думала, не придете, проспали.
— Обещал, значит, пришел. Ну, где твои девчонки?
— Ой, вас заждались. Уже ко мне подходили: «Куда же делся твой москвич-писатель?», а я им сказала, вы все равно придете!
— Правильно сказала.
— Они обедать пошли, но кое-кто уже вернулся, — сообщила девушка, — так что я вас не со всеми сразу познакомлю. Это ничего?
— Ничего, даже лучше. Есть возможность пообщаться обстоятельнее.
— Как мудрено говорите! — восхитилась девушка, увлекая гостя за собой.
Путь лежал через бесконечные цеха. Победа что-то говорила, объясняла. Игорь кивал, но не слушал. Все равно сквозь грохот и лязг ничего не разобрать.
— Это наш участок! — наконец объявила Победа, остановившись на открытом пятачке между громоздкими станками. — Здорово, правда?
— Замечательно, — кивнул Игорь.
— Я в честь его сегодня новый стих придумала… — Она уже открыла рот, чтобы начать декламировать, но Игорь поспешно перебил:
— Мне здесь очень нравится. Даже уютно, когда привыкнешь к шуму. Я думаю, надо будет обязательно дать описания цехов в книге. Ну и, конечно, мне нужны образы молодых передовых рабочих…
— Ой, сколько угодно! — обрадовалась Беда. — Вон там Лидка Пермятенко работает, очень хороший молодой рабочий. В партию собирается вступать, счастливая!
Она подвела Игоря к станку, за который, надев на лицо огромные лягушачьи очки, трудилась невысокая девушка, с забранными под косынку светлыми волосами, в промасленном комбинезоне.
— Лидка, — прокричала Победа, — познакомься, это писатель из Москвы!
Девушка подняла голову, и Игорь — скорее по привычке, чем из интереса, — бросил на нее один из своих фирменных, оценивающих взглядов.
Не фонтан. Провинциалочка. Бледненькая, неопытная, одним словом, скучная. Хотя, конечно, личико — ничего себе, простое, но милое. Распахнутые голубые глаза доверчиво и дружелюбно глядели на незнакомца. Рубашечка на груди многообещающе топорщилась. Пожалуй, в ней что-то есть, решил про себя Игорь. Во всяком случае, на ощупь уж точно что-нибудь интересненькое обнаружится. Надо обратить внимание.
— Игорь! — элегантно представился он.
— Лида, — зарделась девушка.
Сразу стало ясно, что столичный литератор ей приглянулся.
«Ставки растут, господа», — с удовольствием констатировал Игорь.
— Как вы ловко со станком управляетесь, — сделал он дежурный комплимент, чтобы закрепить первый успех. — Я бы так ни за что ни смог.
— Захотели бы — смогли, — улыбнулась Лида. — Это очень просто. Только ноги устают стоять.
— А вы почаще на танцы ходите! — попытался пошутить Игорь. — Для тренировки.
Но собеседница, кажется, не поняла юмора.
— Какие там танцы! Каждый день только и думаешь, чтоб до конца смены дожить и до дому дотащиться…
— О, у вас собственный дом? — Это уже была разведка боем.
Лида с Победой переглянулись, не в силах скрыть замешательства.
— Не, — пробормотала Пермятенко, — я в бараке живу, с родителями. Нас там много. Тридцать восемь семей.
— Тридцать восемь семей? — удивился Игорь. Как скучно! — Весело живете. Это сколько ж человек получается?
— Человек сто, наверно, — сказала Лида, — а може, и больше…
— Экзотика. Настоящая коммуна.
— Ну, в общем, да, — не стала возражать Лида. — Могло бы быть и хуже.
— Я слышал, в партию вступать собираетесь? Поздравляю! А как с личной жизнью? — Еще один недвусмысленный намек. По своему опыту Игорь знал, что вопрос насчет личной жизни всегда срабатывал безотказно.
Но не на этот раз.
— Жених имеется? — Гость удостоил собеседницу одним из самых вкрадчивых и многообещающих своих взглядов.
Лида и Победа вновь переглянулись.
— Имеется, имеется! — не выдержала Беда. — У нее знаете какой жених? Васька Сомов! Мировой парень. Тоже у нас на заводе работает, токарем.
— Ах, вот оно что! — с трудом пряча разочарование, протянул Игорь. — Когда же свадьба?
— Не знаю, — вздохнула Лида. — Мы в бараке живем, и он в бараке, только в другом. У нас места нет, и у него места нет. Может, в общежитии комнату выделят, тогда и поженимся.
— Они уже заявление подали! — вновь не вытерпела Победа. — В загс!
— Да ладно тебе, Бедка! — обиделась подруга. — Я тебе больше никогда ничего рассказывать не буду!
— А я — что? Я — ничего!
— Девочки, не ссорьтесь, — встрял Игорь, который после сообщения о предстоящей свадьбе несколько утратил интерес к молоденькой собеседнице. — Считайте, что я ничего не слышал, и инцидент исчерпан.
— А вы правда из Москвы, да? — спросила Лида. — Вот здорово! Какой же вы счастливый! — И она вновь расплылась в наивной детской улыбке.
— Я вам скажу, только вы никому не рассказывайте! — жарко зашептала Победа, как только они вдвоем с Игорем отошли от Лидиного станка. — Клянетесь?
— Чтоб я сдох.
— Ладно, тогда слушайте. У Лидки с Васькой Сомовым ребеночек будет, во как.
— В каком смысле?
— В прямом. Лидка станет мамой.
