– Нам, – поправил Эдвард. – И это не дом. Так, избушка. В доме обычно хоть развернуться можно.
– Не обижай мой домик, – шепнула я.
Элис просияла.
– Тебе нравится?
Я отрицательно покачала головой.
– Ты от него без ума?
Я кивнула.
– Вот Эсми обрадуется!
– А она почему не пошла смотреть?
Улыбка Элис чуть померкла – вопрос, похоже, щекотливый.
– Ну… Все помнят, как ты «обожаешь» подарки. Не хотели на тебя давить и заставлять.
– Да неужели он мог мне не понравиться?
– Им будет приятно. – Элис похлопала меня по руке. – В любом случае, гардеробная укомплектована. Пользуйся с умом.
– А ты разве не зайдешь?
Она как бы невзначай отступила на пару шагов.
– Эдвард тебе все покажет. А я потом… наведаюсь. Если сама одежду правильно не подберешь – звони. – Она посмотрела на меня с сомнением и улыбнулась. – Джас на охоту зовет. До встречи.
И грациознейшей пулей усвистела в лес.
– Надо же, – поделилась я в наступившей тишине. – Я и правда такая страшная? Побоялись прийти… Мне теперь стыдно. Даже спасибо как следует не сказала. Надо вернуться, поблагодарить Эсми…
– Белла, не глупи. Никто тебя не боится.
– Тогда почему…
– Это часть подарка. Дать нам побыть вдвоем. Просто Элис слишком туманно изъясняется.
– A-a.
И тут дом для меня растворился. Мне стало все равно, где мы. Исчезли деревья, камни и звезды. Я видела только Эдварда.
– Пойдем, устрою тебе экскурсию. – Он взял меня за руку. Разве не заметно, что по моим венам бежит электрический ток?
И вновь я почувствовала себя странно, настроившись на реакцию, которую мой организм уже не способен был выдать. Сердце должно было ухать, как паровой молот, грозя нас расплющить. Заглушая все остальное. А щеки должны полыхать алым пламенем.
Хотя нет, в таком случае я бы уже с ног валилась от усталости. Это ведь самый долгий день в моей жизни.
У меня вырвался смех – короткий такой заливистый смешок – при мысли, что этот день еще и бесконечный.
– А мне? Я тоже хочу посмеяться!
– Да смешного-то ничего нет. – Вслед за Эдвардом я зашагала по дорожке к полукруглой двери. – Просто подумала, что сегодня первый и последний день вечности. В голове не укладывается. Даже теперь, когда там такая уйма места. – Я снова рассмеялась.
Эдвард усмехнулся. Замерев перед дверью, он ждал, пока я выполню обязанности хозяйки. Я повернула ключ в замке.
– У тебя так естественно все получается, Белла. Я даже забываю, как тебе, наверное, непривычно. И жаль, что не могу услышать твои мысли. – Он вдруг нагнулся и стремительным движением подхватил меня на руки.
– Ай!
– Пороги – мой конек, – напомнил он. – И все равно любопытно. О чем ты сейчас думаешь?
Он распахнул дверь – с едва слышным скрипом – и шагнул внутрь, в маленькую каменную гостиную.
– Обо всем. Одновременно и сразу. О хорошем, о том, что тревожит, о новом и необычном. В голове одни хвалебные слова. Эсми – настоящий мастер! Тут все просто идеально…
Внутри действительно все было как в сказке. Лоскутное одеяло каменной плитки на полу. Низкий потолок с деревянными балками, о которые жираф Джейкоб наверняка бы треснулся. На стенах теплое дерево перемежается с каменной мозаикой. В пузатом угловом камине потрескивают поленья – топляк – и догорает разноцветное сине-зеленое от морской соли пламя.
Все вещи словно из разных эпох, но удивительно гармонично сочетаются. Кресло навевает ассоциации со средневековьем, низкая оттоманка у камина больше похожа на современную, стеллаж с книгами у дальнего окна как будто перенесли из фильма об Италии. И все это непостижимым образом сочетается одно с другим, как в трехмерном пазле. Несколько картин на стенах я узнала – мои любимые из большого дома. Бесценные оригиналы, само собой, как и все остальное, идеально вписывались в сказочный интерьер.
В этом домике нельзя было не поверить в чудо. Вот-вот отворится дверь, и, сжимая в руке яблоко, войдет Белоснежка – или единорог примется щипать розы под окном.
Эдвард всегда считал, что его мир – это мир ужасов и страшных легенд. А я всегда знала, что он ошибается. Вот он, его мир. Сказочный.
Теперь мы с ним в одной сказке.
Я уже хотела воспользоваться тем, что Эдвард все еще держит меня на руках и его непостижимо прекрасное лицо совсем близко, как он произнес:
– Повезло, что Эсми пришла в голову мысль сделать лишнюю комнату. Никто ведь не держал в планах Несс… Ренесми.
Я нахмурилась, почувствовав укол обиды.
– И ты, Брут?
– Прости, любимая. Они ее в мыслях постоянно так называют. Хочешь не хочешь, а цепляется.
Я вздохнула. Моя малышка – и вдруг морское чудище… Как бороться с дурацкой кличкой? И все равно не сдамся!
– Сгораешь небось от желания посмотреть гардеробную? Я в любом случае передам Элис, что да, а то расстроится.
– Мне уже пугаться?
– До смерти.
Он понес меня по узкому каменному коридорчику со стрельчатыми сводами – как в крошечном замке.
– Вот здесь будет комната Ренесми. – Он кивнул на пустое помещение с полом из светлого дерева. – Не успели доделать. Куда там, когда по округе рыщут злые оборотни…
Я тихонько рассмеялась. Поразительно, всего неделю назад мы жили в кромешном аду, а сейчас…
