Квил кивнул и прижался носом к моему лбу. Ли фыркнула. Квил поднял глаза, но не на нее, а на своих братьев.
– Да, беги домой, – сказал я.
Он опять взвизгнул и потрусил за остальными – ручаюсь, Джаред терпением не отличался. Когда они ушли, я сосредоточился на тепле в своей груди и пустил его по рукам и ногам. Одна огненная вспышка, и я вновь встал на четыре лапы.
–
Я пропустил ее слова мимо ушей.
–
–
–
–
–
– Джейк, ты видел Квила? Он прямо на части разрывался. Готов поспорить, Эмбри огорчен еще сильнее. Квил ни за что не уйдет из Ла-Пуш, а вот Эмбри мог бы, у него ведь нет Клэр. Поэтому Сэм и боится, что он сбежит с корабля, и наша стая увеличится.
– Ты так думаешь? По-моему, Эмбри с удовольствием порвал бы на куски парочку Калленов.
– Он же твой лучший друг, Джейк. Они с Квилом скорее будут прикрывать твою спину, чем сцепятся с тобой в бою.
–
Обычно я не такой параноик, тем не менее я хорошо помнил решимость Сэма. Он поставил перед собой единственную цель: устранить угрозу. Воспользуется ли он тем, что может беспрепятственно нам лгать?
–
– Лучше я сам. В любом случае, надо их проведать.
В моем спекшемся мозгу завертелся ураган свежих воспоминаний.
Сет изумленно тявкнул.
– Фу-у…
Ли потрясла головой, как бы вытряхивая из нее омерзительную картину.
– Черт, в жизни не видела ничего хуже! Гадость! Хорошо, что я ничего не ела – точно бы вытошнило.
–
Мы с Ли изумленно уставились на него.
– Чего?
–
– Видимо, на голову.
– А еще он грыз решетку от кроватки.
– Наелся свинцовых белил?
– Похоже.
Сет фыркнул.
– Очень смешно! Заткнитесь уже и ложитесь спать.
14. Если ты нагрубил вампирам и жалеешь об этом – дело труба
Когда я вернулся, на крыльце меня никто не ждал. Вот тебе и «на взводе».
«Все отлично, успокойся», – устало подумал я.
В глаза бросилась перемена в теперь уже хорошо знакомой картине: на нижней ступеньке крыльца лежала стопка светлых тряпок. Я подбежал ближе – посмотреть, что это. Задержав дыхание (ткань впитывает вампирскую вонь, как губка), я разворошил стопку носом.
Кто-то приготовил для меня одежду. Надо же! Видимо, Эдвард успел почуять мое раздражение, когда я выскочил из дома. Что ж… очень мило. И странно.
Я осторожно взял одежду в зубы – фу! – и отнес к деревьям. Мало ли, вдруг белобрысая психопатка решила пошутить и приготовила для меня девчачьи шмотки. Она бы все отдала за то, чтобы посмотреть, как я, голый, озадаченно разглядываю женское платье.
В тени деревьев я бросил вонючие тряпки на землю и перевоплотился. Затем встряхнул одежду и побил ее об дерево, чтобы хоть немного проветрить. Шмотки были мужские: желто-коричневые штаны и белая рубашка. И то и другое коротковато – похоже, вещи Эмметта. Рукава рубашки я закатал, а вот со штанами ничего нельзя было сделать. Ну и черт с ними.
Должен признать, в одежде мне стало намного лучше, пусть она воняла и не совсем подходила по размеру. Я больше не мог в случае чего заскочить домой за спортивными штанами, я опять стал бездомным. Вещей тоже не было – пока это не особо меня тревожило, но скоро обязательно начнет.
В новой, хотя и малость поношенной одежде я устало поднялся на крыльцо и замер перед дверью. Я что, постучал? Идиот, они и так знают о моем приходе. Почему никто не дал мне это понять? Могли бы пригласить внутрь или велеть убираться. Ладно, черт с ними. Я пожал плечами и вошел.