Они медленно шли по гравийным дорожкам сада, прохладный воздух был наполнен приятными нотами цветущих растений и молодой травы, имеющей особенный запах после дождя.
— Да, в этом я с тобой согласна. Думаю, мы говорим об одном и том же, просто каждый по-своему.
С ней было так легко, между ними не было никаких барьеров. Кайлу казалось, что он знает Еву уже очень давно, и он был очень удивлен, что в такой юной голове зреют такие мудрые мысли.
— Ты сказал про внешность… Это единственное, в чем я с тобой не соглашусь. Может быть, внешняя красота, если ты ее имел в виду, она не является глобальным фактором, определяющим нашу судьбу. Да, может быть, первостепенно, но вот на долгосрочной основе — нет, не согласна.
— Я не совсем это имел в виду, но если ты затронула этот вопрос, то теперь я с тобой не соглашусь, ведь, выбирая вторую половину, большинство обращают внимание первостепенно на красоту, а потом уже на все остальное. И именно наша внешность тоже является ориентиром нашей истории. И, думаю, ты со мной согласишься, что именно красота — один из основных пунктов при выборе второй половины. Это все природа, наша физиология. Взять, например, тебя — ты красивая, уверен, перед тобой легче открываются любые двери, ведь красивым людям всегда легче все идут навстречу, и это нормально. По мне, сейчас ты молода и красива, и нужно этим пользоваться, пока в одно утро ты не проснешься и не поймешь, что твое время вышло.
Ева поменялась в лице, став серьезнее, и сказала:
— Иногда красота и молодость — главное проклятие.
Кайл, заметив перемену в настроении Евы, попытался ее снова развеселить и споткнулся об бордюр дорожки, чуть не упав. Ева подхватила его, Кайл обратил внимание на ее лицо — она снова улыбалась.
— А как, по-твоему, выбирать вторую половину?
Ева остановилась, посмотрела на него с улыбкой и сказала:
— Наверное, это любовь. Я в это не верю, но все о ней говорят. — Она наклонилась, сорвала ромашку и заложила ее за ухо.
Кайл не продолжил дальше говорить, не желая ее снова расстроить. Они общались на разные темы так свободно и легко, что Кайл не заметил, как пролетело время, и раздавшийся телефонный звонок от Эндрю напомнил ему, что он здесь лишь на время.
— Мне пора. Обещаю, мы еще увидимся.
— Не обещай ничего, ведь ты не знаешь, что может случиться завтра.
— Если сильно этого хотеть, то любое обещание можно сдержать. — Он подошел к Еве, сняв с себя пиджак. — Вот, накинь, уже прохладно. Теперь будет еще одна причина увидеться, ведь это мой любимый пиджак.
Ева неуверенно повторила:
— Не могу обещать…
Телефон уже разрывался.
— Я побежал. Все-таки буду очень надеяться на нашу встречу.
— Беги уже, тебя заждались.
И Кайл в отличном настроении побежал к дому.
Он вошел в дом, подошел к дворецкому и поинтересовался, где он может найти Эндрю. Дворецкий не смог проводить Кайла, он держал под руку пожилую даму преклонного возраста с ярко-красными волосами и недовольным лицом, демонстрировавшим отвращение ко всем присутствующим. Женщина еле стояла на ногах и требовала немедленно открыть перед ней двери и подать транспорт. Дворецкий указал, как Кайлу пройти в комнату для ожидания.
Подойдя к двери, Кайл постучался. Из комнаты раздался женский голос:
— Входите.
Кайл вошел в полутемную комнату, освещенную одним светильником. Пред ним предстала сидящая в кресле красивая женщина, ее волосы были темнее безлунной ночи, ярко-красная помада подчеркивала в ней вульгарную стервозность. Перекинув ногу на ногу, она сидела в кресле и одной рукой держала пустой бокал, готовый упасть в любой момент, а другой сигарету. На ней было черное шелковое платье с глубоким декольте, лишь немного прикрывающим ее молочно-белую грудь, на которой видны были кровеносные сосуды, и было такое чувство, что если присмотреться, то можно увидеть, как по ее венам струится кровь.
— Вы так любезны. Я Стела, — она протянула руку.
Кайл, приблизившись к женщине, почувствовал пьянящий аромат ее духов.
— Кайл, помощник Эндрю Дилигана.
— Наслышана. Мне говорили, что у нашего пьяницы появился новый помощник. Будь осторожнее — не стань таким, как он. А ты милый, надеюсь, мы подружимся. Джон и Эндрю скоро освободятся, у них важный деловой разговор, — при этих словах ее выражение лица поменялось, оно налилось печалью. — Мы подождем их вместе. Ты не против?
— О нет!
— Я рада, узнаем друг друга получше.
Стелла встала с кресла и подошла к стене, оставив за собой сладкий шлейф духов. Она встала напротив картины девушки, сидящей к ней спиной. Стелла поднесла бокал вина к своим ярко-красным губам, сделав глоток, затянулась сигаретой и выпустила перед собой густой дым, окутавший картину непроницаемой пеленой.
