Когда двое гвардейцев оказались рядом с ним, Олег медленно поднял руки вверх, демонстрируя отсутствие сопротивления и, изъявив желание пойти добровольно, вежливо попросил не применять рукоприкладства. Один из гвардейцев рефлекторно кивнул ему в знак согласия и велел следовать за ним.
Идти далеко не пришлось, всех землян отвели буквально в соседний зал, который отличался от предыдущего только своей пустотой. Кроме ровного каменного пола и единственного входа, в этом зале не было ровным счетом ничего, даже окон. Ровное свечение, исходящее от потолка наполняло помещение синеватым светом.
Едва двери захлопнулись, кандалы мгновенно исчезли и примерно на полчаса люди оказались предоставлены сами себе. Повинуясь своей интуиции, Олег немного отошел в сторону от основной массы землян и принялся наблюдать. Отойдя от первоначального шока, кто-то непрестанно рыдал, кто-то ругался или молился, кто-то растерянно сидел или лежал глядя в никуда отсутствующим взглядом. Все также как и в автобусе, мысленно отметил Олег. Двое мужчин и одна женщина безуспешно стучали в закрытую дверь руками и ногами, требуя срочно выпустить свободных граждан, либо предоставить им адвоката, и угрожая судом, жалобами и расправой правоохранительных органов.
Внезапно он услышал выбивающийся из общего гула плач младенца. Взгляд Олега безошибочно остановился на девушке, которая ехала с ним рядом в автобусе. Грязная, зареванная, вся измазанная в крови, она укачивала на руках ревущего новорожденного с еще не обрезанной пуповиной. Рядом с ней находилась светловолосая девушка, по-видимому, принявшая роды. Недалеко, прислонившись к стене, сидела эмо-девушка и пыталась заставить работать свой плеер. Ради интереса, что стало с техникой, Олег достал из кармана сотовый телефон. Нажатие на кнопки не помогло, телефон не реагировал.
Подняв взгляд, Олег заметил в толпе бабушку все также утешавшую внука, только теперь пацан не хныкал, а был до смерти напуган. Старушка, спрашивавшая у него как добраться до автовокзала, студентки и окучивающий их пикапер, воняющий потом толстяк и гопник, почти все люди, которых он тогда отметил на остановке, выжили. Олег поморщился. Из глубин подсознания всплыло чувство ненависти вперемешку с отвращением к этим людям, и он мысленно пожелал им всем сдохнуть.
А затем он увидел кое-что действительно интересное. Один из тех спецназовцев, что были на крыше автобуса, одетый в камуфляжные штаны и серую майку сидел на полу и проверял работоспособность своей штурмовой винтовки. Странно, что ребята в темно-бардовом не отобрали у него оружие - подумал Олег. Но затем сообразил, что, скорее всего, будучи вооружены клинками, они по внешнему виду не поняли, что это было оружие. И тут же вопрос сменился другим, если у спецназовцев было оружие, почему никто из них не стрелял?
Ответ стал очевиден буквально через минуту, когда парень в камуфляже пересобрал свою винтовку и попытался выстрелить вверх, но нажатие на курок не возымело никакого эффекта. Тогда он разобрал один из патронов, убедившись, что с ними все в порядке, вставил обойму обратно в винтовку, передернул затвор, посылая пулю в патронник и нажал на курок, но удар молоточка по капсюлю патрона вновь произвел лишь щелчок. Значит огнестрельное оружие тут бесполезно, Олег мысленно констатировал уже ставший понятным факт.
Второй и последний спецназовец, которого захватила воронка портала, в отличие от своего товарища, неспешно прогуливался по залу, наблюдая за людьми, и пока Олег занимался тем же самым, их взгляды пересеклись несколько раз. Однако внутренний голос молчал, и вскоре он перестал обращать на него внимание.
Последним интересным персонажем, привлекшим внимание Олега, стал мужчина явной азиатской наружности, одетый в странный обтягивающий костюм, очень напоминавший одежду ниндзя из восточных боевиков. Японец сидел на коленях, подобрав под себя ноги и медитировал. Рядом с ним лежала еще одна штурмовая винтовка. Олег не разбирался в оружии, но она явно отличалась от тех, которыми были вооружены спецназовцы. Каждый раз, когда Олег останавливал на нем свой взгляд, он как будто чувствовал, что стал кому-то интересен, открывал глаза и начинал в ответ рассматривать его. От хищных и злобных глаз азиата, Олегу становилось крайне неуютно, и он тут же отводил взгляд. Интуиция молчала и после третьего проигрыша в гляделки, он в очередной раз мысленно пожелал сдохнуть этому японцу и принялся ждать, что будет дальше, одновременно думая о своей дальнейшей судьбе.
Но долго думать и ждать ему не пришлось, внезапно двери зала распахнулись, и внутрь вошел человек в фиолетовых одеяниях с золотыми вставками расписанными неизвестными символами. Его сопровождали не меньше двух десятков гвардейцев, а в самом конце Олег разглядел еще пятерых в темных балахонах с поднятыми капюшонами и накинутыми сверху тряпичными масками с узкой прорезью для глаз.
