- Теперь ты чувствуешь себя несчастной. Я не хотел этого.
- Тогда не будь несчастным. Вот это неправильно.
Он напрягся, потом сделал глубокий вздох и кивнул.
- Ты права. Прошлое ушло, и я не могу сделать ничего, что изменило бы его. Нет никакого смысла в поднятии мне настроения. Я сделаю все что смогу, чтобы ты теперь была счастлива.
Я с подозрением наблюдала за его лицом, и он одарил меня улыбкой.
- Независимо от того, что делает меня счастливой?
Мой живот проурчал вместе с моими словами.
- Ты голодна.
Он стремительно встал и поднял облако из перьев. Оно напомнило мне о том, что я хотела спросить.
- Так почему ты решил разорвать подушки Эсме? – спросила я, сидя и тряся головой.
Он уже натянул штаны цвета хаки, смахивая с волос остатки перьев.
- Я не знаю, решил ли я сделать это вчера вечером, - пробормотал он, - но нам повезло – ведь это подушки, а не ты.
Он глубоко вздохнул и встряхнул головой, как будто избавляясь от плохих мыслей. Он искренне улыбнулся, но было видно, что он приложил к этому немало усилий. Я снова разлеглась на кровати, не задевая болевших мест.
Он перестал дышать. Он отвернулся от меня и так сильно сжал руки в кулаки, что показались белые суставы.
- Я выгляжу отвратительно? – спросила я, с большим трудом, придавая голосу непринужденность.
Он опять начал дышать, но все еще не поворачивался ко мне, видно хотел скрыть свое лицо.
Я прошла в ванную чтобы поглядеть на себя и закрыла дверь за собой.
Я пристально обсмотрела свое обнаженное тело в зеркало. Я имела ужасный вид. Была слабая тень на одной из моих скул, губы немного раздулись, но кроме этого, мое лицо было в порядке. Остальная часть моего тела была украшена синими и фиолетовыми пятнами.
Я сосредоточилась на синяках, которые будет труднее всего скрыть – на руках и плечах. Но они не были настолько уж страшными. Моя кожа переносила их легко. Обычно, когда синяк появлялся, я уже забывала, как его получила. Конечно, они только что проявлялись. Завтра я буду выглядеть еще хуже. Я посмотрела на свои волосы и простонала.
- Белла? – он уже был позади меня, когда я издала звук.
- Я никогда не смогу вытащить все это из моих волос!
Я указала на мою голову, похожую на гнездо курицы. Я начала выбирать перья.
- Лучше бы ты волновалась не о своих волосах, - пробормотал он. Но он пришел, чтобы поддержать меня и стал быстро выбирать перья.
- Тебе разве не смешно? Я же так глупо выгляжу.
Он не ответил; он только продолжил выщипывать перья из моих волос. И я знала ответ – в таком настроении, ему не до смеха.
- Это не поможет, - через минуту вздохнула я.
- Это все высохло. Нужно помыть голову, - я обняла его вокруг талии, - хочешь помочь мне?
- Лучше я найду что-нибудь поесть для тебя, - сказал он тихим голосом, убирая мои руки. Я вздохнула, поскольку он уже исчез.
Это было похоже на то, что как будто мой медовый месяц уже подошел к концу. От этой мысли у меня защемило сердце.
Когда я избавилась от перьев и одела незнакомое белое платье, которое скрыло фиолетовые пятна, я пошла туда, откуда исходил запах жареных яиц, бекона и сыра.
Эдвард стоял перед плитой и готовил омлет.
Запах еды сокрушил меня. Я чувствовала, что смогу съесть и тарелку и сковородку. Мой живот заурчал.
- Сюда, - он повернулся, улыбаясь, и положил тарелку на стол. Я уселась на один из двух металлических стульев и стала уплетать яйца. Они обжигали мое горло, но меня это не волновало.
Он сел рядом.
- Я кормлю тебя не так часто как нужно.
Я проглотила кусок и напомнила ему:
- Но я ведь спала. Кстати, это действительно вкусно приготовлено. Очень вкусно для того, кто не ест.
- Кулинарный телеканал, - сказал он, улыбаясь моей любимой изогнутой улыбкой.
Я была счастлива видеть это, счастлива, что он опять стал собой.
- Где ты взял яйца?
- Я попросил прислугу запасти холодильник едой. Впервые. А теперь я должен просить их убрать перья…
Он замолчал, его взгляд смотрел куда-то выше моей головы. Я не говорила, боялась опять его расстроить.
Я съела все, хотя порция была скорее для двоих.
- Спасибо, - сказала я ему. Я наклонилась через стол, чтобы поцеловать его. Он поцеловал меня на автомате, а потом отстранился от меня.
Я стиснула зубы, и задала вопрос, который мог его уязвить:
- Ты не собираешься больше прикасаться ко мне, пока мы здесь?
Он немного улыбнулся и поднял руку, чтобы погладить меня по щеке. Его пальцы гладили меня по щеке, и я не смогла побороть желание его прикосновений.
- Ты знаешь, это не то, что я подразумевала
Он вздохнул и убрал руку - Я знаю. И ты права, - он сделала паузу. А затем заговорил снова с осуждением, - Я не буду заниматься любовью с тобой пока ты человек. Я не могу больше причинять тебе боль.
