Синяки мажут целебной мазью. Поразительно, как обошлось без трещин в ребрах и костях ноги. Царапину на боку мажут и бинтуют. Бывший раб цокает языком, покачивая головой удрученно. Надо бы врача, обеззаразить как следует. Но приходится довольствоваться тем, что есть. А рана нехорошая – вполне может и нагноиться.
Потом – теплый наваристый суп и чистая, сухая одежда. Тепло – наконец-то можно отогреться! Душа переполняется благодарностью к этому простому, неказистому человеку. Человеку, которому тоже пришлось пережить много горестей и трудностей. Не прошло и пары часов, как выяснилось, насколько благодарность была преждевременна. Усыпивший бдительность нэси раб, оставив неурочного гостя отдыхать, со всех ног кинулся в ближайшую управу стражей мира.
Здесь-то его интуиция и дала о себе знать в первый раз, когда он, уже засыпающий на мягком диване, вскочил вдруг с колотящимся сердцем. Приняв это за разыгравшиеся нервы, он попытался уснуть снова – недоумок недоученный!
Не получалось. Сердце не желало успокаиваться, колотилось, норовя выскочить из груди. Охитека даже поднялся, чтобы найти что-нибудь успокаивающее. Здесь ему впервые закралась мысль – куда мог подеваться хозяин дома?
«Может, в аптеку? Говорил что-то, что не помешали бы антибиотики – а их нет. Или знакомый врач есть надежный…»
Разумеется. Все, что угодно – только не ближайший участок. И ведь этот участок находился достаточно далеко от дома предателя! Если бы Охитека послушался ощущений – он успел бы собраться как следует и бежать. Даже не бежать, а уйти неспешным шагом. Но он, доверчивый глупец, не найдя успокоительных капель (хвала мудрости Спящего!), решил заварить себе чай.
Кое-что умное он все же сделал: сбегал, нашел мокрую испачканную одежду и переложил в карманы новой деньги. Оружие просто положил на полку – ну, кто здесь его возьмет?!
Выскакивая второпях из дома, он, разумеется, не успел дотянуться до него. Только и сумел, что в ботинки запрыгнуть. И то – благодаря лишь их удобному покрою – специально выбирал такие, чтобы можно было одним движением надеть и скинуть. Нэси не любил долго обуваться – у него все всегда происходило на бегу.
На бегу он и покинул гостеприимный дом, зацепившись по дороге не то за гвоздь, не то за корягу, и пропоров руку едва не до мяса. Сзади звучали крики, выстрелы. А он мчался сквозь лабиринт путанных переулков, сам не зная, куда…
Резвого мажора преследовали долго, со вкусом. Мельком он видел машины стражей мира, затемненные авто и флайеры охраны отцовской корпорации. Только множество закоулков и пристроек, где можно было спрятаться, его и спасло. Одно слово – трущобы. Машины стражей мира не могли прыгать через хлипкие заборы. Охранники со своих флайеров, даже включая прожектора, не в силах были разглядеть беглеца, забившегося под чью-то дровяницу. Ему просто повезло, что хозяева дома, в чьем дворе он нашел укрытие, не заметили его. Тогда несколько кварталов поставили на уши, разыскивая его.
Псы заполошенно лаяли, перепуганные люди выскакивали из домов посмотреть, что происходит. Некоторые, услышав от стражей мира наспех сочиненную байку о беглом преступнике, присоединялись к поиску.
Спящий в тот оборот наверняка вел за руку непутевого юнца, иначе ему бы не выбраться из передряги. Когда погоня ушла в сторону, потому что кому-то почудился там силуэт, он потихоньку покинул укрытие и двинулся темными дворами, что уже были прочесаны. Чудо? Везение? Так или иначе – через несколько часов блужданий он выбрался за город. И принялся через сугробы пробираться к заснеженной дороге, ведущей на самый крупный и пустынный из трех Континентов – Асинивакамиг.
*** ***
Охитека проснулся и сел на постели с колотящимся сердцем.
Треклятая беготня! В жизни ему кошмары не снились, а тут – на тебе! Проснулся – и трясется от страха. Снова.
Он огляделся. Темная комната. Окно занавешено. Охитека помнил, что это – комната в доме случайной знакомой, попавшей в такую же ситуацию, что и он. Она постелила ему в этой комнате – рядом со своей.
Дом. Безопасное убежище, где можно отлежаться несколько оборотов, прийти в себя и обдумать, что следует предпринять дальше. Что вообще в его силах предпринять.
Хозяйка дома – Кэтери, его ровесница. Дочь покойного партнера его отца.
Тревога не проходила – напротив, усиливалась. Казалось – вот еще минута, и в окна вломятся люди в масках, с оружием… или даже – просто расстреляют окна, позакидывают внутрь гранаты. Долго ли – сровнять с землей дом вместе со всеми обитателями!
Нэси вскочил на ноги. Это не просто тревога. Он ведь успел убедился – интуиция ему не лжет. И если гложет беспокойство – это не просто так.
