— Да, но зачем тебе… хотя, погоди, это же ты искал своего… — тевинтерец запнулся, подбирая слово, которое не обидит напрягшегося юношу, — друга, которого усмирили?
— Я. Терон теперь помогает целителям, и я вижу его каждый день, но…
— Ты хочешь вернуть прошлое? — приподнял бровь Дориан, внимательно вглядываясь в молодого рыцаря.
— Да! Если бы вы знали, милорд, какая это пытка — видеть его таким! Он словно… словно воскрешенный мертвец, как будто из его тела заживо вырвали душу! — пылко воскликнул Гардиан, надеясь, что тевинтерец поверит ему и поможет.
— Хм, по сути, это так и есть. Твоего друга лишили не только магии, а и доброй половины его самого, — кивнул Дориан, — но все не так просто. Как говорит мой ама… наш Инквизитор, обратный ритуал сопряжен с рядом трудностей.
— Я готов сделать все, что нужно!
— Ну, в этом-то я как раз и не сомневаюсь, однако дело в том, что после проведения ритуала твой… друг полностью утратит контроль над эмоциями и магией и станет попросту опасен. Если он разозлится — может поджечь Скайхолд, если ударится — будет плакать, словно младенец. Как долго это продлится и станет ли он когда-нибудь прежним — не знает никто: ни я, ни Инквизитор, ни Искательница Пентагаст. Кроме того, сейчас никто из нас не пойдет на такой риск, — Дориан увидел, как гаснет вспыхнувшая в глазах Гардиана надежда, и добавил мягче: — Пока что мы не можем позволить себе отвлекаться даже на столь важную вещь, как ритуал, но после того, как Корифей будет уничтожен…
— А это «после» настанет когда-нибудь? — вырвалось у юноши.
— Обязательно настанет и скорее, чем ты думаешь, — убежденность в голосе Дориана была настолько твердой, что не поверить невозможно. — Я и сам заинтересован в глубоком изучении обратного ритуала. На моей родине клеймо точно так же пускается в ход, когда нужно наказать неугодного мага, а я собираюсь прекратить эту позорную практику, и мне понадобится… подопытный усмиренный, чтобы внимательно отследить все стадии возвращения. Возвращение! Именно так мы и назовем этот ритуал, не возражаешь?
— Мне все равно, как это будет называться, — покачал головой Гардиан, — я хочу вернуть Терона, большего мне не нужно.
— Но хочет ли этого сам Терон? — задал резонный вопрос тевинтерец.
— А разве он сейчас вообще может чего-то хотеть? — ответил вопросом Гардиан. — Но вы — маг, милорд, вы лучше меня знаете, что он потерял.
— Это так, — задумчиво протянул Дориан, — скажи-ка мне, а если твой друг никогда не вернется полностью, если так и будет ребенком, плачущим и смеющимся невпопад, что сделаешь ты?
— Останусь с ним, что бы ни случилось, — не колеблясь ни мгновения, сказал Гардиан, — я храмовник, милорд, и лучше всех подхожу на роль сиделки для мага, не контролирующего себя. Я не позволю Терону причинить вред кому-либо или себе самому.
— А если его состоянием воспользуются демоны? Твоих сил хватит, чтобы убить то, во что он превратится? — сейчас в голосе Дориана не было и толики обычной мягкости и веселья.
— Я — храмовник, — повторил Гардиан, не отводя взгляда, — и свой долг исполню. Убью… его, а потом… — и добавил совсем тихо, надеясь, что Павус не услышит, — себя.
Но Дориан услышал, нахмурился и покачал головой:
— Глупо, юноша. Но я надеюсь, что до этого не дойдет. В любом случае, сейчас думать об подобном слишком рано. Мы вернемся к этому разговору, когда с Корифеем будет покончено, обещаю тебе.
***
Гардиан не знал, что содержание их разговора стало известно Лавеллану в ту же ночь. Дориан не умел, да и не хотел хранить подобное в секрете, особенно учитывая, что в ритуале потребуется живейшее участие самого Инквизитора. Выслушав рассказ тевинтерца, Лавеллан хмыкнул и не сказал ни слова, молчал, задумчиво глядя в пламя камина, а потом произнес:
— Вивьен говорит: «Магия опасна, как и огонь. Если об этом забыть обожжешься…» и она не так уж и неправа. Разве разумно оставлять огонь без контроля?
— Ты против ритуала, аматус? — нахмурился Дориан.
— Нет, вовсе нет, но это действительно очень опасно, я говорил с Калленом о Тероне. До ритуала он был сильным чародеем, представляешь, что случится, если мы не сможем уследить за ним?
— Только не говори мне, что ты боишься! — фыркнул тевинтерец, садясь на постели.
— За него, за них обоих. Стоит только демонам пронюхать о маге, не контролирующем силу, и…
— Гардиан — храмовник, — напомнил Дориан.
— Но он не может следить за эльфом постоянно, а это значит…
— Будем делать это по очереди до тех пор, пока возвращение не закончится! Не вижу проблемы, аматус.
— А если оно не закончится никогда?
— Не будь таким скептичным, тебе не идет! Я уверен, что у нас всё получится. И Терон станет первым из магов, которым мы вернем магию. Еще одно славное деяние Инквизиции и повод для гордости! — самоуверенно заявил Дориан, вставая и подходя к камину.
— Допустим, ты прав, — так же задумчиво продолжил Лавеллан, глядя на обнаженного любовника. — И все же… Полагаю, нам стоит подстраховаться и попросить Дагну изготовить что-то, способное блокировать магию.
