Развернувшись, Солдат обнаружил, что тюремщица ушла, оставив его одного искать дорогу назад, наверх. Ворон уселся Солдату на плечо, и они пошли, как им показалось, в правильном направлении, по коридорам, вымощенным скользкими от сырости плитами, тускло освещенным мерцающими факелами. Два-три раза Солдат, случайно прикасаясь рукой к стенам, чувствовал, что по ним течет липкая жижа. Вспомнив слова мальчишки, он поморщился от отвращения. Надо будет не трогать рот пальцами.
— Слушай, а мы в ту сторону идем? — вдруг спохватился Солдат.
— Ты меня спрашиваешь? Я птица. Спроси меня показать дорогу среди деревьев в лесу, и я тебе скажу, у какой ветки повернуть направо, а у какой — налево. А сейчас тебе нужен говорящий крот.
— Но ты же уже бывал здесь.
— Да, но я старательно запоминал все повороты. А сейчас я положился на тебя.
— Ну а я надеялся, что с нами останется тюремщица, — проворчал Солдат.
— Когда она от нас улизнула? Я не заметил, как она ушла.
— Все потому, что ты во все глаза таращился на женщину.
— Неправда. Утеллена меня не интересует. По крайней мере в том смысле, какой ты имел в виду.
Солдат бродил по коридорам, казалось, не имеющим конца. Время от времени он упирался в глухую каменную стену или в запертую дверь; приходилось возвращаться назад и поворачивать в другой коридор. В конце концов человек и птица как-то незаметно для себя очутились в самой древней части подземелья. Старинная кирпичная кладка местами выкрошилась, внизу стены были покрыты слоем плесени. В воздухе пахло затхлой сыростью, как будто свежее дуновение не проникало сюда вот уже полстолетия. Факелов на стенах больше не было. Солдату пришлось зажечь свечу, которую он постоянно носил в кармане на тот случай, если окажется ночью на неосвещенной улице. В сыром воздухе свеча горела плохо.
Вдруг Солдат наткнулся на громадную каменную колонну.
Он обошел вокруг колонны, имевшей в окружности около шестидесяти шагов. Сперва ему показалось, это круглая комната, но в сплошном камне не было ни окон, ни дверей.
— Что это такое? — спросил Солдат. — Похоже, мы в самом сердце подземелья.
— Это круглая камера, — ответил ворон. — Камень пустой внутри.
Солдат покачал головой.
— С чего ты взял?
— Присмотрись внимательнее. Неужели ты не видишь замочной скважины? Вот здесь. Ну вот же, прямо у тебя перед носом! А если ты приглядишься еще внимательнее, то увидишь тонкую трещину, идущую горизонтально на уровне твоей головы и под прямым углом опускающуюся вниз. По-моему, это дверь, а ты как думаешь?
В тусклом свете свечи Солдат изучил поверхность колонны и пришел к выводу, что птица права. По камню проходила тончайшая трещинка, слишком прямая, ломающаяся под слишком правильным углом, чтобы быть естественной. И кроме того, как верно заметил ворон, примерно на уровне пояса в колонне было проделано отверстие странной формы. Определенно, это могло быть дверью в круглую комнату.
Солдат ощутил необъяснимое беспокойство. Ему показалось, что за дверью кто-то стоит. Он мысленно представил себе темный силуэт, застывший внутри полой колонны. Почему-то Солдат решил, что этот силуэт, это существо уже очень давно ждет избавления. У Солдата в голове прозвучала не высказанная словами команда, призывающая его действовать. Придя в смятение, он растерянно посмотрел на свои руки, затем порылся в карманах, пытаясь найти что-нибудь, похожее на ключ. Немой приказ звучал тверже, настойчивее, и теперь в нем уже слышалась угроза. Вдруг Солдат вспомнил, о чем хвастался Ворон. Он собрался было попросить птицу отпереть замок клювом, но тут в коридоре послышались звуки шагов и шелест одежды. Из темноты показались двое тюремщиков.
— Что вы здесь делаете? — проворчала женщина, приведшая Солдата в подземную тюрьму. — Оставила вас одного на минуту, и вы уже пропали. Разве трудно было подождать? Целую вечность пришлось вас разыскивать. Как будто нам больше нечем заняться!
— Прошу прощения, — сказал Солдат. — Да, кстати, кто находится в этой камере?
Мужчина-тюремщик поднес к колонне факел и внимательно ее осмотрел.
— В какой камере? Кто сказал, что это камера? По-моему, это просто столб. На пересечении коридоров.
— В таком случае, зачем он здесь, громадный столб в самом центре подземелья?
— Может, держит свод? — язвительным тоном предположил тюремщик. — Я не строитель, но на таком перекрестке обязательно должно что-нибудь стоять.
— Наверное, ты прав, — согласился Солдат.
— В эту часть подземелья мы не ходим, — сказала тюремщица, непроизвольно поежившись. — Мне здесь не нравится. Когда я сюда попадаю, в голову начинает лезть всякая чертовщина. Лучше сюда не соваться.
Разговаривая, она достала связку ключей и стала один за другим вставлять их в замочную скважину.
— Что ты делаешь? — спросил ее мужчина.
Остановившись, женщина недоуменно заморгала.
— Понятия не имею. Ну вот, именно это я и имела в виду. Дурное место. Пойдемте отсюда. Идемте, Солдат. Начнем с того, что вы не имеете права здесь находиться. Сейчас мы выведем вас на улицу.