Он забрался следом за военными в уродливую неуклюжую консервную банку и попытался устроиться поудобнее, получалось не слишком удачно. Громадина двинулась. Подумалось: что-то не слишком эстетично выглядит оборудование для езды днём, как говорится, не до жиру, быть бы живу.
До Перехода они добирались несколько дней, за которые приходила и таяла тревога, вновь возвращалась уверенность, чтобы опять раствориться в ощущении близости окончания пути. По дороге колонна остановилась, снаружи донеслись переговоры, и в машину спустился Райт. При виде Райнера лицо его исказилось, тот молча подвинулся и ничего не сказал. Райнер знал, что бывший проводник так и остался жить в посёлке, перебивался какой-то случайной работой и слыл нелюдимом. Неудивительно... Сейчас они сидели рядом, можно было коснуться рукой, и хотя оба не смотрели друг на друга, даже солдаты ощутили, что между ними висит напряжение, как перед грозой.
А потом Райнер понял, что начал чувствовать других. Первым - Райта. Смятение, страх, томительное ожидание хотя бы слова от Стража Пути, безмолвный крик - да скажи же хоть что-нибудь, хоть ударь, но не молчи!.. Райнер осторожно коснулся своим вниманием Нольда Баанука. Работа, ответственность... никаких чувств к людям. Люди? Ходячие резервуары с кровью, которые необходимо приставить к делу. То, что называется "хороший семьянин"... Хорошо. Теперь надо попробовать что-то более действенное, главное - незаметно. Времени осталось немного, и шанс будет только один. Это нормально, иначе и не бывает, и возвращается головокружительное ощущение, когда ты в силах пройти по тонкой ниточке над бездной, вписаться в поворот, проскочить на волосок от смерти... Смерти он почтительно поклонился - в душе. После столь близкого знакомства невольно проникаешься уважением к той, кто так пристально смотрел тебе в глаза.
Сила вернулась. Он был в этом уверен, хотя теперь доподлинно знал, что лондаризм и пришедшая с ним жестокость несколько пошатнули загнанный в душу в детстве при обучении в Ордене Кодекс. Вернее, нет, - он по-прежнему точно знал, в какую сторону нельзя применять Силу. Просто переступать грань решения отнять чью-то жизнь стало легче.
Колонна затормозила. Пора было приступать.
Райнер выбрался наружу, подошёл к Баануку.
-Как договаривались, - вполголоса сказал он. - Пока буду переправлять вас, я должен оставаться здесь. Мы с Райтом пойдём последними. Надеюсь, сюда не прибежит толпа его новых земляков, жаждущих пообедать на дармовщинку?
Баанук улыбнулся.
