С трудом открыв глаза, после двухчасового сна, я стягиваю с себя одеяло и подхожу к окну, распахивая шторы и впускаю в спальню хоть немного солнечного света в мою темную обитель. Ненавижу этот день. Уже. Неужели нельзя хотя бы одну ночь обойтись без этих воспоминаний? Глупо держаться и помнить о том, чего давно нет, но как объяснить это своему мозгу я все еще не знаю. Я встаю напротив панорамного окна и смотрю вниз с внушительной высоты двадцатого этажа. Потираю лицо шершавой ладонью и хмурюсь, увидев женское лицо с глазами цвета карамели и красивым миндалевидным разрезом. В них сверкают огни ночного города и любовь. Чистая и искренняя любовь. Но потом силуэт начал исчезать, и я распахиваю глаза. Что я чувствую? Точно не тоску и любовь. Во мне лишь ненависть к этой девушке. И в придачу ледяное сердце, которое теперь ничего не испытывает при знакомстве с другими девушками. Она все испортила. Убила во мне всю эту нежность и любовь, которую я дарил ей, или же забрала с собой, когда покинула меня. Но это не останавливает меня думать о ней двадцать четыре часа в сутки. Вспоминать ее смех, запах, касания и…
Хватит думать.
Ударив кулаком по окну, я отшатываюсь от него, будто нахожусь в пьяном состоянии и натягиваю шторы обратно. Посмотрев на свое запястье, я провожу пальцами по серебряному браслету и смотрю на наручные часы.
4:38
Поеду на работу и займусь делами. Уснуть все равно уже не получится. Натягиваю на себя черный свитер с горлом и такого же цвета джинсы, иду в ванную и умываюсь, посмотрев в зеркало. Растрепанные волосы торчат в разные стороны, хоть и так достаточно короткие и выбриты по бокам. Впалые щеки и огромные круги под глазами, из—за того, что не спал двое суток. Руки трясутся сами по себе от усталости, а газа выглядят безжизненными и стеклянными. Зрачок казалось, еще немного и заполнит все пространство радужки. Состояние отстой.
Сев в машину, выезжаю со своей улицы и мчусь на полной скорости по, еще пустому городу. Мне нравится ехать куда—то вдаль, когда рядом нет ни единой души. Тебя окружает только тишина, скорость и пустая дорога. Не скажу, что любитель драйва. Просто, только так я могу уловить хоть немного тех эмоций, которых мне не хватает. Почувствовать жизнь и учащенное сердцебиение от страха за свою жизнь. Умереть мне пока не хочется, хотя бывали и такие мысли… Но сегодня жизнь не дала мне насладиться одиночеством. На телефоне, который прикреплен к держателю, высвечивается фотография мамы и обреченно вздохнув, я смахиваю вызов вправо.
– Сынок, я слышала, что у тебя была тяжелая операция. Все прошло хорошо? Как ты себя чувствуешь? Наверное устал, а я тебе тут названиваю. – тонкий и звонкий голос матери, который исходит из динамиков, проходится по всему салону машины. Голову сразу сдавливает болью, и я хмурюсь, сбавляя скорость.
– Да, мама. Не переживай все закончилось успешно, и я уже еду на работу. Ты что—то хотела?
– Ох, мой родной. Ты совсем не бережешь себя. Я же знаю, как тяжело бывает после такой работы. Взял бы хоть один выходной себе. И вообще, когда ты приедешь ко мне? Я старая и одинокая женщина, мне уже и внуков пора, а я даже невестку свою не видела.
– Какую невестку? Ты о чем? – закатываю глаза, останавливаясь на светофоре.
Моя мать – Роза Торрес, прекрасная женщина, но со своими тараканами в голове. Шумная, активная, сующая нос в дела своих детей и, конечно же, в их личную жизнь. Но так как я ее сын, то вынужден терпеть это вмешательство. Какой бы надоедливой она не была, я люблю ее и рад, что она заботиться обо мне, хоть мне уже и не десять лет. Видите, все-таки я кого-то люблю, а значит все не так плохо. Да и как можно не любить собственную мать, тем более, когда мы так похожи. Я ее мужская копия, за исключением цвета глаз, которые достались мне от отца.
– Вот именно, какую!? Домочка, тебе уже тридцать два года, а девушки все нет. – мое лицо кривится, и я прикрываю его рукой. Ладно, кое—что меня все же раздражает. То, как она коверкает мое имя. Это у меня терпеть не получается.
– Мама, я же просил.
– О чем?
– Не называть меня так. Мне не пять лет. – выдохнув, еду дальше, наблюдая за рассветом. Сегодня он по—особенному красив и заставляет меня смотреть на небо, дольше обычного. Я наблюдаю за, медленно плывущими облаками, которые окрасились в нежно розовый цвет и плавно переходили в оранжевый.
– А судя по твоей реакции, когда я заикаюсь о девушках, мне кажется обратное.
– У меня нет времени на отношения.
– Да что ты говоришь! Между прочим, в твоем возрасте у меня уже был ты, и я также продолжала работать, при этом успевая уделять время и тебе, и отцу, и даже работе.
– Я не такой всемогущий, как ты. – я усмехаюсь краем губ, открывая окно и впуская свежий воздух внутрь. Если честно, говорить об отношениях с мамой совсем не хотелось. Но обидеть ее и бросить трубку не хотелось вдвойне.
