– Ты пока не в состоянии даже поднять чашку кофе, – нахмурилась Фэллон, отчасти испытывая сожаление, что брат уже поднялся на ноги и теперь достает ее, отвлекая от работы над последней картой.
– Я не буду пить кофе во время боя, который закончится, пока ты размышляешь, разрешишь мне сражаться или нет. А я умру от скуки.
– Хотелось бы, чтобы часть насчет окончания боя была правдой.
– Мы уже захватили Квинс, Бруклин, почти весь нижний Манхэттен и весь Мидтаун, – не переставая ходить из угла в угол, Колин сгибал и разгибал пальцы на новой руке.
– Мы потеряли полторы тысячи бойцов, а еще триста, включая тебя, пока не в состоянии вернуться в строй по медицинским показаниям. А ведь нужно продвинуться как минимум до бывшей пятьдесят восьмой улицы на западе.
– Прежде всего, необходимо захватить Центральный парк, – прокомментировал Колин, не переставая метаться по комнате и разминать пальцы, сжимая их в кулак. – Там последние враги и окопались. Как только мы их оттуда выкурим, битве конец.
– Я в курсе. И работаю над этим. А ты пока поправляйся, потому что у меня есть на тебя планы. Как только удастся обезопасить Нью-Йорк, я хочу, чтобы ты взял тысячу солдат и выгнал остатки вражеских сил из Пенсильвании.
– Из целого штата? – переспросил Колин, останавливаясь и бросая на сестру хмурый взгляд.
– Верно, – подтвердила она. – Они там хоть и не имеют централизованной базы, но все равно представляют угрозу. Войско Вивьен двинется к северу от Нью-Йорка, а Мика я собираюсь отправить в сторону Джорджии.
Фэллон махнула, подзывая брата, и показала ему планы наступления на картах. Это отвлекло его в достаточной мере, чтобы на время перестать ворчать.
В кабинет вошли Арлис и Фред.
– Я думала, ты явишься позднее, – удивленно посмотрела на журналистку Фэллон. Затем перевела взгляд на рыжеволосую фею. – А что ты решишь нас навестить, и вовсе не знала.
– Хотелось здесь побывать, вот и попросила подругу посидеть с моим выводком до завтра, – прощебетала Фред, беря Арлис под руку.
– Не могу поверить, что студия сохранилась. Как и все здание. Даже после того, как мне рассказали, я должна была увидеть это собственными глазами, – бывшая ведущая телеканала подошла к окну, положила ладони на стекло и выглянула на улицу. – Так многое разрушено. Но и уцелело немало.
– Я не хотела разрешать тебе появляться здесь, пока мы не взяли город под контроль, но мама упросила, потому что знает, насколько это здание важно для вас. Знает, что вы обе сделали здесь.
– Не в одиночку, – сказала Арлис. – Нам помогали Джим, Кэрол, Стив. Они могли бы сбежать, как многие другие, но остались. Боже, как бы мне хотелось знать, что с ними случилось.
– Они сумели выбраться из города, – мягко произнесла Фред, подходя к подруге и обнимая ее за талию, так что теперь обе женщины выглядывали из окна.
– Очень надеюсь, что ты права.
– Я права. Мне просто известно, что они сумели выбраться.
Успокоенная словами Фред, Арлис увлекла ее за собой в сторону отдела новостей.
– Когда я начала работать здесь, для меня это было знаменательным событием. Помню свою главную цель – заслужить место ведущей вечерних выпусков.
– Так и произошло, – улыбнулась Фред.
– Не так, как я планировала, – вздохнула Арлис, приближаясь к столу, за которым сидела во время последнего эфира, провела кончиками пальцев по поверхности, отмечая, что коллеги отмыли кровь.
Однако перед глазами до сих пор стояли яркие образы случившегося, а на коже навечно застыло то ощущение теплых капель, которые брызнули на лицо, когда Боб, бедный Боб, поддался отчаянию и безумию, выбрав смерть.
Арлис не переставала размышлять, не побудил ли ее к действиям именно тот момент. Не напомнил ли теплый кровавый душ о необходимости проявить смелость, чтобы выполнить работу.
Поведать всем правду.
Журналистка заглянула в объектив камеры. Это все еще оставалось ее работой.
– Я хочу провести прямой эфир отсюда. Именно из этой студии сообщить о твоей победе, Фэллон. Из-за своего старого стола рассказать всем, кому удастся, что мы вернули Нью-Йорк.
– Возможно, Джим, Кэрол и Стив услышат об этом.
– И ТиДжей с Ноем, – решительно кивнула Арлис, снова беря Фред за руку. – И те, кто работал в магазинчике Хобокена, где ты оставила записку с благодарностью. Нужно привести сюда Чака, и он опять станет частью того, что мы начали вместе. А еще поможет разобраться, как запустить оборудование.
– Я помогу написать текст для телесуфлера, – предложила Фред, и крылья у нее на спине затрепетали от предвкушения.
– Обязательно. Когда ты будешь готова объявить о победе, Фэллон, я хочу сообщить об этом. Мы с Фред и Чаком втроем должны замкнуть этот круг. А после завершения эфира передадим это место другим. Потому что сейчас наши жизни принадлежат Нью-Хоуп.
– Мама говорила, что именно так ты и захочешь поступить, – удовлетворенно кивнула Фэллон. – Хотя и появились вы раньше, чем я ожидала. А про Фред и вовсе не знала, как уже сказала. Поэтому пригласила только Уилла и Тео. Они придут примерно через час. Можно позвать и Эдди.
