– В том старом доме я ощутила непоколебимую веру Маллика, и это помогло окончательно укрепить мою, помогло прогнать остатки жажды мести. Ярость или гнев иногда полезны, если направить их в нужное русло, но слепая жажда убийства опасна и ведет к разрушению. Мне удалось погасить ее и перестать цепляться за горе. Когда это произошло, я сделала подношение Эрнмас, матери богов, пролила в ее честь вино и вознесла благодарность. Тогда и появились крылья. После этого я уже смогла вернуться сюда, чтобы попрощаться с другом, смогла вернуться домой. Мне всегда хотелось показать тебе это место, потому что с ним связано много воспоминаний. Здесь мы сидели с Максом, здесь впервые встретились с Миком. И именно здесь я хочу дать тебе клятву никогда больше не отворачиваться, не отгораживаться и не уходить от тебя. А еще сражаться бок о бок и провести жизнь с тобой, когда наступит мирное время. Я люблю тебя.
– Фэллон, – сказал Дункан, поднося ее руку к губам. – Мы уже начали совместную жизнь. – Он сомкнул пальцы, а когда разомкнул, на ладони лежало кольцо: ободок из белого, как луна, золота, с выгравированным пятикратным символом баланса. – Носи его.
– Вот так просто?
– Хочешь, чтобы я сделал предложение по всем правилам? Встал на одно колено, как в кино?
– Нет, – поразмыслив, решила Фэллон. Ее сердце переполняли эмоции, грозя выплеснуться через край. – Мне больше нравится твой способ. Надень кольцо, – попросила она и протянула руку, – и я буду его носить.
– Я тоже хочу дать клятву, – сказал Дункан. – Обещаю сражаться бок о бок с тобой, а когда война закончится, продолжить строить совместную жизнь, которую мы уже начали.
Когда он надел кольцо на палец Фэллон, вспыхнул яркий свет, засвидетельствовав клятвы обоих.
Фэллон не зря тратила время. В дополнение к укреплению решимости и воскрешению веры за недели в уединении появились новые карты, новая информация. И кристально четкое понимание цели.
Они с родителями сидели на кухне за завтраком. Маллик тоже был приглашен. С ними тремя Фэллон хотела поделиться планом в первую очередь.
– Начну обсуждение с извинения за то, что заставила вас волноваться. Обещаю, что впредь постараюсь вести себя не так эгоистично. А сейчас позвольте рассказать кое-что из того, что я обнаружила за время отсутствия, – Фэллон положила в рот кусок омлета и с блаженством закрыла глаза. – И еще, мам, я очень соскучилась по твоей стряпне.
– Мне интересно услышать, где ты была, – сказал Саймон.
– Везде. На вершине Эвереста, где мир вокруг выглядит белым и замерзшим. В африканских саваннах, по которым бродят стада слонов. Возле пирамид, где песок простирается на много миль во все стороны. Видела Мертвое море, австралийский буш, вересковые пустоши Корнуолла.
– Посмотрела мир, значит, – прокомментировал Саймон.
– Ага, – улыбнулась Фэллон, накладывая себе еще порцию омлета. – Побывала везде. Сначала мне просто хотелось найти уединенное, тихое место, но потом… Куда бы я ни отправилась, повсюду замечала красоту и свет. Вне зависимости от того, дарованы они богами, как природные чудеса, или возведены с помощью пролитого пота и усердного труда, как архитектурные сооружения, от этого зрелища захватывает дух. Пальмы и питьевая вода в оазисах посредине пустыни; подвесная деревня в джунглях, где от плотной листвы растений сам воздух становится зеленым. – Одни воспоминания об увиденном заставляли свет в глубине души вспыхнуть ярче. – И даже поначалу, когда я не хотела замечать красоту, она все равно просачивалась в меня, исподволь залечивала раны.
– Ты и впрямь повидала мир, – проговорила Лана, понимая, что путешествие для дочери оказалось чем-то бо́льшим, чем осмотром достопримечательностей. – Мир, где есть не только война и гибель, сражения и кровь.
– Мне бы очень хотелось поделиться этой красотой с вами. И однажды мы это сделаем, – пообещала Фэллон родителям. – Вы уже показали мне мир – с помощью книг, фильмов, историй, карт. Но…
– Но увидеть все собственными глазами – это совсем другое, – понимающе кивнул Саймон. – Нечто большее.
– Гораздо, гораздо большее. Я поняла, что мир может предложить пищу для ума, сердца и души, если только… – Фэллон обернулась к Маллику и рассеянно поправила челку, которую обрезала боевым кинжалом в пещере Китая. – Нельзя увидеть, если не смотреть. Сколько раз ты говорил мне об этом? Как говорил и о том, что путешествовал по миру, но я не вглядывалась в смысл, поэтому не замечала, что целью твоих странствий являлось стремление узнать, понять и выразить почтение всем творениям богов.
– Ныне ты узрела.
– Потому что смотрела, – согласилась девушка. – И видела чудеса, красоту, опасности и все великолепное разнообразие мира и его обитателей. Наша планета – щедрая мать, которая готова подарить все необходимое, но она же является и ребенком, который требует внимания и заботы. – Она протянула руку отцу. – Ты всегда это знал. Всегда уважительно и бережно относился к земле и природе. И всегда понимал, что за наш мир стоит сражаться.
– Ты тоже это знала, дочка. Просто нуждалась в напоминании.
