Конечно, надо понимать, что современные губки далеки от идеального зародышевого состояния. Они вовсе не так безобидны как кажутся. Большинство из них имеет неприятный и резкий запах. Еще Э. Геккель наблюдал, что микроорганизмы, приблизившиеся к губкам на опасное расстояние, погибают и после этого вовлекаются током воды в известковые поры губок. Впоследствии было выявлено, что многие губки вырабатывают сильный яд, который не разрушается даже в кипящей воде более 1 минуты. Таким образом, научились защищаться те, кто предельно упростил свою телесную организацию. Для человека яд губок не смертелен. Большинство губок совершенно безвредно для человека; и это радует. Но нередки случаи, когда даже мертвые губки служат источником больших неприятностей, вызывая покраснение и зуд кожи. Скелет губок состоит из мельчайших иголочек, которые соприкасаясь с кожей, вызывают механическое раздражение и зуд. Минеральный скелет губок, состоящий из множества игл, и при жизни играет существенную охранительную роль. Именно поэтому желающих полакомиться губками немного. Благодаря этому скелету палеонтологи обнаруживают остовы губок в древних отложениях.
Губки появились в начале кембрия. Среди эволюционистов бытует версия, согласно которой губки имеют независимое происхождение. Они не похожи на все другие многоклеточные организмы. Происходят они от одноклеточных, сбившихся в колонии, и промышлявших захватом пищевых частиц. Между тем, можно предполагать, что губки – предельно упростившиеся организмы и их «особость» измеряется только степенью деградации. Трудно предполагать, что губок кто-то выводил специально. Вероятно, они являются побочным продуктом инволюции. Свойство, характерное для губок, – свободная смена функций у клеток, входящих в их состав. Они без особого труда могут превратиться то в эпителий, то во внутренние питающие клетки. Нельзя исключать, что способность к смене функций они унаследовали от очень раннего эмбриона человека. Как известно, каждая клетка очень раннего зародыша человека – морулы – при благоприятном стечении обстоятельств может дать жизнь целому и независимому организму. Это доказывает, что клетки морулы относительно автономны. Однако, скорее всего способность к смене функций клетки губок приобрели в результате инволюции. И это был необходимый шаг, чтобы выжить, находясь в таком примитивном состоянии.
Вероятно, именно этим можно объяснить распространенное среди губок, наряду с половым, и бесполое размножение. У губок наблюдается почкование и отделение от материнского организма разных по величине участков, которые затем развиваются во взрослое животное. Иногда у губок наблюдается распад тела, и затем воссоздание новых организмов на базе небольших сохранившихся скоплений клеток. Все эти свойства губок также находят свои параллели в особенностях развития раннего зародыша человека.
Губки весьма мало изменились за сотни миллионов лет. Некоторые роды и даже виды губок, которые обнаруживают в меловых отложениях, дожили до нашего времени. Изменения «эволюционного» характера прошли мимо них. Губки даже не заметили «эволюцию» приматов и человека. Между тем, то обстоятельство, что губки не имеют настоящих тканей и органов и неспособны к сократительным движениям как актинии, указывает на то, что их зародышевый потенциал практически полностью исчерпан. Губки приспособились ничего не делать и, судя по всему, об этом нисколько не жалеют.
Эволюционисты предполагают, что одноклеточные организмы соединились вместе и образовали колонию. Между тем, колониальные формы подозрительно похожи на очень ранний зародыш человека и животных. Внутри лучистой оболочки оплодотворенной клетки происходит дробление оплодотворенного яйца.
В свою очередь на зародыш растения похожи колонии одноклеточных растительных жгутиконосцев.
