Воздав хвалу богам и помянув погибших, все стали ждать оглашения итогов воинского спора. Кто победил, чья армия была быстрее и искусней?
Хёрд встал и возвестил, подняв руку верх:
– Теперь хочу поведать вам состязания итоги. Согласно им одна из армий отдаст свою долю и локонов лишится, которыми гордятся все викинги, завязывающие новые косички после очередной победы. Я предупредил своих оруженосцев, что строго накажу, если узнаю, что они успели проболтаться раньше, чем сам я оглашу итоги. Поэтому спрошу сначала: кому-нибудь они успели что-то рассказать? Скажите честно. Я тут же проучу навеки болтуна.
В ответ никто не проронил и слова.
Только конунг сказал:
– Я не знаю того, кто бы посмел ослушаться столь строгого учителя, как ты. Когда я был твоим учеником-подростком, то хорошо запомнил твой урок для ослухов болтливых. Давно уже в костре сгорело тело Грима, погибшего в морском бою. Но было оно без языка, который за ябеды и частые доносы ты ему отрезал. И было Гриму тогда зим десять, вряд ли больше.
– Ты помнишь! А я забыл. Сбился давно со счёта отрезанных ушей и языков, которых за свою жизнь лишил я многих. Пусть в этом они винят себя. Но вернёмся к делу. Я всё видел глазами моих верных Токи и Крокара. Пришла пора огласить итоги.
Бальдр возмутился:
– Не тяни! Или тебе отказывает не только зрение, но и память?
– Прекрасно помню всё, нетерпеливый Бальдр. Но спешка здесь не к месту. Итак – сражались все отменно. Будь моя воля – никому не стал бы я победу присуждать. Вы взяли крепости быстрее, чем хожу я помочиться.
Воины рассмеялись. Он продолжил:
– Но спор – есть спор. Он должен разрешиться честно. Сейчас я оглашу его итоги.
Бальдр вытаращил глаза и беззвучной артикуляцией рта выказал оратору все ругательства, на которые был способен. Но промолчал, боясь, что тот снова отвлечётся на досужие слова.
– Я оглашаю свой вердикт: в споре победили полки под руководством… – Хёрд опять заткнулся, пытаясь накрутить интригу, и через паузу продолжил: – Флаги взвились вверх почти одновременно. Успел я досчитать всего лишь до пяти, как мои глаза, сидящие на древках копий, увидели, как знамя взвилось над вторым монастырём. На знамени был ворон чёрный.
Воины, херсиры и ярлы полков Ивара вскочили с мест и громко заорали, считая, что им присудили победу. Хёрд снова поднял руку вверх и помахал ладонью вниз, призывая к тишине:
– Нет, вы не поняли. Чёрный ворон взвился вверх через пять мгновений после того, как дракон на флаге известил, что его крепость пала первой. Это знамя Бальдра. Он победил.
На этот раз вскочили воины Бальдра и заорали ещё громче, обнимаясь и ударяя ладонью о ладонь.
Ивар покачал головой:
– Не буду больше назначать тебя старик судьёй.
– Я судил честно.
– Не сомневаюсь. Но не в том дело. Сдохнуть можно, пока дослушаешь тебя.
Все засмеялись.
Король продолжил:
– Мы быстрее взяли крепость, чем ты подвёл итоги спора, – Ивар помолчал, подождав пока сойдёт на нет вторая волна смеха. – Тебе, мой старый Хёрд, я присуждаю приз «Глаза Одина», которые всё видят, – он протянул учителю подарок.
Это был круглый золотой амулет на массивной цепочке с изображеньем Одина, у которого вместо глаз были вставлены два больших рубина. Старик, благодарно тряся головой, взял в руки амулет и поцеловал лик бога. Затем он поднял его вверх, показывая всем присутствующим. Гул одобрения пронёсся от стола к столу. Хёрда уважали все. Он крикнул:
– Спасибо! Надеюсь, никто не затаил на меня обиды?
Все голосом выказали закономерный ответ на его вопрос.
Конунг вновь громко сказал:
– Ну что за глупость! Враги по всей земле трясутся в страхе от норманнов, а не отдельно от полков Ивара или Бальдра. Мы одна армия героев Одина. Так воздадим ему нашу благодарность!
Все встали и стали целовать руны и амулеты бога, склонив головы на грудь.
Ивар продолжил:
– Ещё хочу отметить ярла Хельги. Давно я не встречал такого храбреца. Хвала тебе мой верный ратный друг. С таким готов плечом к плечу сражаться до самой смерти, – он сразу бросил клич. – С нами Один!
Воины громко воскликнули в ответ:
– С нами Ивар! С нами Хельги!
Конунг обратился к Бальдру:
– Пусть победитель спора скажет своё слово.
Бальдр в ответ на миг приобнял конунга и крикнул:
– Слава богам! Мы победили. И дело тут не в доле, которую мы получим за победу. Ко всем, кто предал веру, на память предков наплевал, мы и впредь пощады знать не будем. Сегодня победили воины Одина!
Все снова одобрительно воскликнули:
– Слава Одину!
– Из подчиненных сегодня мне полков я бы хотел отметить того, кто на павшей крепости знамя водрузил, – он указал рукой на дым, по-прежнему валивший из монастыря Уирмот. – Это мой лучший ученик из всех берсерков. Вальдир! Ты где?
Берсерки сидели за собственным столом, стоявшем чуть в стороне от остальных. Из-за него поднялся молодой высокий парень с крепкими плечами, которые прикрывала шкура волка. Он неуверенно сделал шаг в сторону Бальдра, словно сомневаясь – его ли зовут.
– Вальдир, что встал? Иди сюда скорее.
Берсерк подбежал. Первый ярл конунга положил руку на плечо берсерка:
