Я стоял и осознавал, что не чувствую эмоций. Меня не трогала большая дыра в дублёнке, сообщавшая о смертельном ранении, но наблюдалась обратная картина. Чувствовал себя лучше, чем могло быть. Пропали мелкие порезы, полученные при замене рессоры на моём чудовище, ушёл лёгкий насморк и усталость в пояснице, которая должна оказаться простреленной. Совершенно спокойно отметил, что ко мне выдвинулся высокий черноволосый бородач с мощной фигурой в зимнем пальто, совершенно не смотревшемся на фоне унылой картины панельных домов и кирпичных бараков, глядящими на поселение с укоризной. Защищённое пространство ограждал пятиметровый бетонный забор с десятиметровыми вышками по периметру на расстоянии в пятьдесят метров друг от друга. Посты охраны ощетинились пулемётами больших калибров, даже нашлась одна ЗУ-23-2, прикрывающая главные ворота на гидравлическом приводе. Всё стационарное оружие надёжно закреплено, словно люди не на земле находились, а служили на флоте и готовились к шторму. В принципе ощущения постоянной боевой готовности выражалась в настороженных дежурных на вышках, которые проорали, чтобы мы быстрее въезжали в открывающиеся ворота.
– Привет, ты понимаешь меня? – начал разговаривать со мной главный, словно я был умалишённый.
– Отлично, а не должен? – спокойно ответил оппоненту.
– Странно выглядишь, явный новичок в Мешке, а ведёшь себя, как ветеран, – пояснил подошедший. – Меня зовут Купцом, и я благодарен тебе за оказанную помощь в спасении моего человека. Я представляю торговый союз, который готов за оказанное содействие помочь с оружием и снаряжением, а также оплатить недельное пребывание в гостинице. Соответствующее распоряжение местный магазин и гостиница получат.
– Я понял, спасибо, – ответил местному торговцу. – Так понимаю, домой попасть я не смогу? А пояснения мне дадут в местном пункте регистрации?
– Да, ты прав. Там всё разъяснят, – согласился Купец, приглашая сесть в подъехавший джип.
– Тогда зовите меня Лион и спасибо, что не бросили. Опасно было брать незнакомого попутчика, так что по большому счёту мы квиты, но я с радостью воспользуюсь щедростью торгового союза. Это существенно облегчим мне жизнь на первых порах, – представился именем известного киношного киллера, полностью подходящим к моему безэмоциональному состоянию.
Купец посмотрел на меня удивлённо, но молча кивнул. Проезжая по двуполостной улице, мы целенаправленно двигались к отдельно стоящему красивому офисному зданию, при этом чувствовалось серьёзное укрепление трёхэтажного особняка.
Здесь наши дороги расходятся, но благодарность в силе Леон. Удачи тебе в Мешке! – попрощался Купец. – В комендатуре скажешь, что я попросил помочь.
После этого автомобиль сорвался с места и скрылся за поворотом, а я остался в дырявой одежде перед входом в мою новую жизнь. Счастья в которой явно не прослеживалось. А в голове крутилось только один, казалось, забытый мотив, отдавая слабым чувством потери.
Когда там жажда битвы найдёт на королей,
Они снимают шлемы с серебряных ветвей,
Но каждый, кто упал, восстал, а кто убит, воскрес.
Как хорошо, что на земле не знают тех чудес:
Не то швырнул бы фермер лопату за бугор -
И ни пахать, ни сеять не смог бы с этих пор.
Но рыжий лис протявкал: «Не стоит гнать коня».
Тянуло солнце за узду и месяц вёл меня,
Но рыжий лис протявкал: «Потише, удалец!
Страна, куда ты скачешь, - отрава для сердец».
«Страна, куда ты скачешь, - отрава для сердец».
Канцлер Ги - Рыжий лис.
Вода, проникающая сквозь одежду, фиксировалась краем сознания, подсказав очевидный выход – шагнуть в дверь комендатуры. Постоянно прокручивая в голове, способы избавиться от надоедливой влажности, способной превратить мою жизнь в череду простудных заболеваний. Думаю, множество способов давно придумано, живут же здесь люди. Ещё данный момент напрочь снижает эффективность снайперской стрельбы, хотя виденное мною ранее не вписывалось в логичную картину окружающего мира. Встретил меня плотный крепкий человек в камуфляже армии РФ старого образца, она же флора. Высокий лысый военный, никто другой не мог носить форму с такой изысканной небрежностью, пронзительным взглядом зелёных глаз молча смотрел на меня, как на мокрую крысу, слегка морща грубое волевое лицо викинга.
