Игриво склонив голову, я потянулась к другу, чтобы обнять его. Мы не общались всего несколько дней, но за эти дни произошло столько всего, что мне казалось, будто миновала вечность.
— Почему Нина не с тобой?
На секунду мои щёки залил смущенный румянец.
— Я ушла до того, как она проснулась, — призналась я.
— О. А она не обидится?
Этот вопрос время от времени всплывал в моей голове с начала учебного года. Но ответ оставался неизменным.
— Думаю, она привыкла.
К тому же Нина сама большую часть времени проводила с Кристофером. Мне честно хотелось стать частью их маленького круга, но меня слишком сильно перетягивала моя собственная жизнь.
— А почему ты пришёл один? — перевела стрелку я.
Саша пожал плечами.
— Хотел повторить связки, а то они у меня получаются грязноватыми.
Словом «Грязно» в танцевальном мире обозначали хореографию, которая не доведена до заданного совершенства. Недотянут носок, мах недостаточно высокий, голова повёрнута не в ту сторону и так далее.
— Ришар, ты сейчас шутишь? Ты один из лучших классических танцоров в нашей группе! Если уж у тебя получается грязно, то тогда я вообще деревянная.
Саша усмехнулся.
— Выходит, мы оба не очень.
Его слова заставили меня звонко рассмеяться.
— Какой дурак вообще взял нас в Академию? Ума не приложу.
— Наверное, кто-то слепой, — поддержал парень.
Мы расхохотались с удвоенной силой.
— Ну лично меня взяли за энтузиазм и красоту, — между приступами смеха вставила я, наигранно поправляя волосы и дуя губы.
— И скромность, — закончил Саша.
Я фыркнула.
— Нет уж, за скромность взяли тебя.
— Нет, меня взяли за мой непревзойдённый талант в современной хореографии. Особенно за координацию.
В памяти мгновенно всплыл урок Офелии, где преподавательница давала нам комбинации на джазовые вращения. Они были настолько непохожи на классические, что у ребят с усиленной классической школой взрывался мозг. За два часа повторений Саше не удалось освоить даже половину. Тогда же он громко заявил, что это был худший день в его жизни.
Вспомнив это, я уставилась на друга. Тот смотрел на меня совершенно серьёзно. Ровно три секунды. А потом мы вновь захохотали.
— Надеюсь, мы вам не помешаем? — внезапно вклинилась Нина.
Девушка, пришла в своём неизменном сопровождении — с Кристофером и Денисом.
— Ого, ты явилась на класс не после звонка, — весело заметил Саша. — Наверное, сегодня пойдёт снег.
Нина самодовольно вскинула нос.
— Вообще-то до начала осталось три минуты, так что я почти себе не изменила.
Ребята снова засмеялись. Но меня слова подруги всполошили, я вновь начала невольно осматривать всех присутствующих в поисках Айвана.
— Лично я вообще не понимаю, зачем приходить раньше. Всё равно разминка и растяжка включены в занятие, — внёс свою лепту Денис.
— С такими рассуждениями ты никогда не получишь сольную партию, — уколол его Кристофер.
Я была с ним согласна. На занятиях нагрузка у всех одинаковая. Если хочешь быть лучше других — то будь готов работать больше других.
— Ладно, мальчики, не ссорьтесь, — встряла Нина.
Она сказала что-то еще, но я не расслышала, так как в зал, наконец, зашёл Айван. Он был одет в чёрную майку и спортивные штаны. Так же парень обычно одевался на наши вечерние репетиции. С его плеча свисала спортивная сумка, а в руках друг нёс чёрную толстовку. Айван не смотрел по сторонам, не разглядывал сцену. Словно никого вокруг не существовало. Лишь подойдя к сцене, он вскинул голову. Ему потребовалась секунда, чтобы отыскать меня. Когда наши взгляды встретились, в моей памяти сразу возник вчерашний вечер и, особенно, наше прощание. По спине побежали мурашки. Я улыбнулась и подняла руку в приветственном жесте. Губы Айвана расплылись в ответ, и парень приветственно кивнул. Я продолжала следить за тем, как он поднимается к сцене, когда кто-то дёрнул меня за руку.
— Эй, Лина, ты заснула? — весело хмыкнула Нина.
Я несколько раз моргнула, прежде, чем взгляд сфокусировался на подруге.
— Прости, ты что-то спросила?
— Да, Солмей. Я спросила, почему ты еще не рассказала Саше о вчерашнем сюрпризе.
Краем глаза я заметила, как Айван остановился неподалёку. Мы всё еще продолжали сохранять дистанцию на глазах одногруппников, хотя мне это уже порядком поднадоело.
— Сюрпризе? — переспросила я. — Да нет, это ерунда. Ничего такого, о чём стоит рассказывать.
— Правда? — удивился Денис. — А Нина нам за завтраком все уши прожужжала про этот «сюрприз». Правда так и не призналась, что это. Сказала, что ты сама расскажешь. Мы заинтригованы.
— Ничего себе «ничего такого»! — встряла девушка. — Ну, раз для тебя это мелочи, то думаю, ты не будешь против, если я всё-таки расскажу ребятам?
Я покачала головой, хотя мне не хотелось, чтобы подруга болтала.
— В общем, сижу я вчера, пишу реферат по Шекспиру, и тут стук в дверь. Ну, я думала, что это кто-то из вас, но нет, там оказался курьер. А у него — здоровенный букет розовых пионов. Я так и обомлела на месте.
Кристофер и Денис замерли, ловя каждое слово соседки. Саша же перевёл взгляд на меня.
— Не такой уж и здоровенный, — пробубнила я.
— Ага, всего лишь пятьдесят штук! Я еле его подняла.
