В комнате стояла терпкая смесь ароматов: духов и лака для волос, а также всевозможных кремов и лосьонов — наши сборы были в самом разгаре. Соседка толком не объяснила, что же из себя представляет этот таинственный клуб, поэтому мне оставалось теряться в догадках. Впрочем, я почти не переживала на этот счёт, куда большие сомнения одолевали меня по поводу наряда. Красноречивее всего это читалось по заваленной одеждой кровати. Провозившись со своим гардеробом минут пятнадцать, я решила отложить эту затею и заняться макияжем и причёской.
— Ну вот, готово, — неожиданно перестав подпевать, выдала Нина.
Её светлые пальчики оторвались от моих волос.
— Я что-то побаиваюсь смотреть, — хихикнула я. За эту остроумную реплику, девушка показала мне язык.
— Не бойся, хуже точно не будет.
— Эй, — рассмеялась я еще громче, а затем повернулась к зеркалу и ахнула.
Мои обычно прямые волосы превратились в мелкие кудри, покрутив головой я заметила, что Нина искусно заплела их в две свободные косички и подвязала каждую бантиком из алой ленты. Несколько передних прядей выбились и обрамляли лицо упругими пружинками.
— Я думала ты не умеешь делать красивые причёски.
— У меня много скрытых талантов, — подмигнула девушка. — И у меня тоже большой сценический опыт.
Мои губы сами расплылись в улыбке, когда я вспомнила наши предпраздничные сборы первого сентября. Но она сразу померкла, стоило подумать о Миле и Кире, они обе отказались составить нам компанию сегодня. Обе оказались заняты учёбой и домашней работой. Я не винила их, ни в коем случае, просто в последние дни мы редко проводили время вместе, и я скучала. Мне не хватало наших прошлогодних совместных походов к Глебу за кофе или посиделок в Книжном Клубе до и после уроков. Мне было невыносимо даже представить, что мы отдалимся.
Сделав глубокий вдох, я постаралась отогнать от себя тревожные мысли. Это лишь один вечер без моих девочек, а я уже себя накручиваю. Лучше вместо этого начать переодеваться, а то Кристофер с ребятами придут с минуты на минуту, мало ли в какой момент может распахнуться дверь. Не хотелось бы оказаться в конфузной ситуации.
— Красный, — внезапно вслух заговорила я. — Мне нужно выбрать что-то красное, под цвет лент.
— Может это? — она ткнула в яркое обтягивающее платье.
— Оно красивое, но я вряд ли смогу в нём танцевать.
— Может тогда…
— Вот это, — закончила я за девушку.
Пальчики потянулись к черной шифоновой блузке с крупным принтом из алых роз. У неё был эффектный, оголяющий плечи вырез с воланами и длинные широкие рукава.
— Будет красиво, — улыбнулась соседка.
Долго размышлять не пришлось, я быстро переоделась, дополнив наряд белыми обтягивающими джинсами с кожаным ремешком. Нина тоже сменила одежду. В отличие от меня девушка всё же отдала предпочтение платью, увидев длину юбки, я поняла, как низко будет валяться челюсть Кристофера. А еще оно было очень красивого тёмно-зелёного цвета, необычно и в тоже время прекрасно сочетающегося с цветом её волос.
Парни не заставили нас долго ждать, даже наоборот, казалось, это мы вынудили их томиться в ожидании. Ведь стоило истечь последней, отведённой нам минуте, как в дверь постучали. Оба — и Денис, и Саша сразу воодушевились, услышав о клубе. Так что наша компания получилась исключительно танцевальной.
— Готовы, девчонки? — заглянув внутрь, пропел Денис, а через миг закашлялся. — Великие силы, вы взорвали здесь газовую гранату?
— Последние штрихи, — пропела Нина как раз в тот момент, когда я уставилась на алую помаду в своих руках. Она бы отлично подошла к моему сегодняшнему образу, но с другой стороны…
— Накрась, — внезапно предложила соседка.
— Думаешь?
— Тебе очень хорошо с этим цветом, я видела в твой первый день здесь.
Я постаралась улыбнуться поубедительнее.
— Спасибо, но в последнее время я не очень в ней уверена.
— Ну и зря. Ты с ней еще красивее. По мне так, когда ты нашёл что-то, что делает тебя красивее — от этого нельзя отказываться.
Я задумалась над её словами. Да, Никите она очень нравилась, но он не мог присвоить её себе. Ведь в первую очередь важно то, что она нравилась
В следующую секунду я поднесла кисточку к губам.
Когда мы вышли из общежития, меня по-прежнему одолевала лёгкая тревога, но ободряющая улыбка Нины сразу заставила внутренний голос заткнуться. Надо перестать быть такой трусихой. Самое страшное, что может произойти — комендант не пустит нас обратно в общежитие. Но и в таком случае я была готова влезть в здание через окно Киры, благо та жила на первом этаже.
