— Между ними разница в два года и они еще студенты, — скептически заметила Мила.
— Это не важно, — отмахнулась Нина. — Лина, ты знаешь, что Золотов в прошлом году танцевал главную партию в Зимнем Спектакле?
Вот он — момент, когда надо отбросить любые чувства. Рано или поздно мне ведь пришлось бы обсуждать Никиту с посторонними. И, видимо, этот день наступил. Соберись.
Когда я вновь подала голос, меня саму удивило, как расслабленно он звучит.
— Конечно, в Щелкунчике, я помню.
— А он тебе часом не рассказывал, как получил эту роль?
Я напрягла извилины, вспоминая, прошел почти год, но парень так много рассказывал о спектакле, что всё смешалось.
— Он говорил, что был кастинг, — попыталась объяснить я.
— Да, был, — кивнула Нина, а затем выпалила, как пушечный залп — но Никиту взяли не сразу, сначала утвердили другого парня.
Мы с Милой снова переглянулись, на этот раз ошеломлённо. Такого он мне точно не рассказывал! Кусочки пазла стремительно начали складываться в моей голове. Неужели Нина имела в виду, что… Судя по тому, как она почти подпрыгивала на стуле — так оно и было. Но это невозможно!
— Этого не может быть! — выпалила я.
— Ты намекаешь… — нахмурилась Кира, но соседка её перебила.
— Я не намекаю. Изначально роль хотели отдать Айвану.
— Как? Он же еще здесь не учился, — вновь заметила Мила.
Нина лишь пожала плечами.
— Он ошивается в РАИ с прошлого года, еще тем летом занимался на подготовительных курсах. Из-за этого его и хотели взять — юный и одарённый. Может, если бы Никита тоже больше времени проводил в Академии…
— Но он был тем летом в Австралии, — перебила я.
В правдивости этого факта сомневаться не приходилось, ведь мы там были вместе. Именно в Австралийском танцевальном лагере я и познакомилась с Никитой Золотовым. Том самом, куда он поехал искать «свежий улов».
— Если он такой талантливый, то почему не поступил в прошлом году? — дельно заметила Соня.
— А вот этого я, увы, не знаю.
Мила засмеялась.
— Неужели существуют вещи, которых ты не знаешь?
Нина весело улыбнулась и заправила розовую прядь за ухо.
— Самой стыдно.
— Так получается, — я постаралась не упустить нить разговора — Айвана хотели взять в спектакль в прошлом году, но выбрали Никиту? И из-за этого Каспар теперь на него в обиде?
Нину, кажется, мои слова позабавили.
— Нет, — усмехнулась она. — Изначально роль была у Золотова, он же и старше, и учится здесь, но потом появился Каспар. Представь, что ты больше года работаешь на репутацию, а потом появляется какой-то школьник и забирает твою роль? Да Никита там рвал и метал! Но в итоге учебный совет сам передумал, решил, что Золотов достоин больше. Но с тех пор для него Каспар — как красная тряпка для быка. Заклятый враг и всё такое.
Интересно, Нина поэтому сказала мне держаться от Айвана подальше? Из-за того, что он серьёзный соперник? Нет, это глупо. Наверняка, причина в другом. Однако сейчас мне было не до этого. Я еще раз обдумала слова девушки.
Такая расстановка сил помогала совсем иначе взглянуть на ситуацию.
— Так парни поэтому взяли Айвана в команду? Чтобы позлить Никиту?
— И поэтому тоже, он ведь от злости наделает кучу ошибок. Ну и ты была права, Каспар быстрый и сильный, только слепой поспорит, может и будет от него польза команде.
Когда Нина говорила так, было просто забыть, что она всем сердцем его ненавидит. Я почти поверила в то, что все эти запугивания и предупреждения мне приснились. Почти.
— Что ты будешь делать? — дотронулась мне до плеча Мила, а затем пояснила — С Никитой?
Спроси Мила меня об этом месяц назад, я бы сказала: «Ничего». Я бы села на лавочку и пронервничала весь матч. Но после всего… Что с буду делать с парнем, который изменил мне, обманул и унизил? А потом вызвал на дуэль моих друзей? Я взглянула на Милу.
Закусив губу, я коварно улыбнулась, почувствовав себя уверенно впервые за много-много дней.
— У меня есть один план.
План. Ну как план? Скорее невыполнимая глупость. Безумная невыполнима глупость.
И всё же недавние новости разожгли во мне что-то. Какую-то злость и желание кровавой мести. Я знала, месть — это мелочно и по-детски, но ничего не могла с собой поделать. Это так веселило, а еще окрыляло. Давно я не чувствовала себя такой живой. Это чувство, заполнившее меня с макушки до пят, заглушало любые возражения мистера Здравого Смысла.
Так какой же у меня был план?
Я всегда была симпатичной, спасибо генам. Мама подарила мне миниатюрную комплекцию, густые тёмные волосы и небольшой нос. От отца же достались пухлые губы и глаза цвета грозовых туч. Но еще больше мне дали танцы. Многолетние тренировки отточили фигуру, балет подарил осанку и грацию, а уличный танец — уверенность и страсть.
Сцена же, она всегда требует красоты, и она жестока, любого, кто ей не соответствует, она низвергнет с позором. Поэтому любой хороший артист умеет подать себя с лучшей стороны. Но зачастую, яркие в свете софитов, они становятся бледными вне сцены. В отличие от других, мне всегда было этого мало.
