— Ты как был дураком, так и остался, — отбросила всякую вежливость Филиппа, — но это неудивительно, ведьмаки никогда не умели мыслить масштабно. Трисс, — она безошибочно повернулась к Меригольд, — ты-то хоть понимаешь, что у нас нет другого выхода? Мир ещё не отошёл от последней войны, новая ему не нужна, а избежать её без Цириллы не получится. Насколько вообще ты осведомлена о том, что сейчас происходит?
— Я знаю не больше, чем Геральт, — сообщила Трисс, — потому и хотела поговорить с тобой сегодня, но ты меня опередила. Ты расскажешь нам, что творится в Империи?
— Хаос, — коротко бросила в ответ Филиппа, — не успело тело Эмгыра остыть, как стало известно то, что мы и так знали: императрица — фальшивка, а значит — ни она, ни её сын не могут занять трон. Впрочем, насколько я в курсе, она и не собиралась этого делать. Не знаю, из какой дыры они привезли эту… «Цириллу», но повела она себя как обычная деревенская баба, у которой запороли вилами мужа. Ей приспичило рожать, как только Бестия исчезла вместе с сердцем Эмгыра. Если бы не Фрингилья Виго — ни «императрица», ни «наследник» не пережили бы этот день, — кривя губы, рассказывала Филиппа. — Два дня спустя она официально отреклась от трона, взамен на гарантию сохранения жизни ей самой и маленькому бастарду, поскольку императорский брак успели признать мезальянсом и расторгнуть. И никто не возражал, представляешь? Ещё вчера двор падал перед ней на колени, а сегодня о ней забыли. Последнее, что известно мне: она и ребёнок находятся в одном из отдалённых замков, пожалованных когда-то Эмгыром.
— Ты хочешь сказать, что им позволили уйти? — уточнила Трисс, с сомнением глядя на Филиппу.
— Пока что — да, — ответила та, — но как долго они проживут, не знает никто. Всё зависит от того, кто сядет на трон. Если это будет настоящая Цирилла, младенец имеет все шансы дожить до глубокой старости, а, возможно, и титулом обзаведётся, всё же сводный брат императрицы, хоть и незаконнорождённый. А если Императором станет один из тех, кто сейчас активно плетёт интриги и устраняет конкурентов — жить им обоим недолго. Наибольшие шансы пока что у Морврана Воорхиса, если, конечно, он сумеет разделаться с соперниками и не допустить гражданской войны в самой Империи, — Филиппа холодно усмехнулась, — однако даже ему не под силу удержать нынешние границы. Полагаю, тебе стоит знать, что Темерия уже объявила о своей независимости, как думаешь, кто следующий?
— Реданцы? — озвучила очевидное Трисс, увидела лёгкий кивок Филиппы и продолжила: — Если у королевы Адды найдётся достаточно влиятельных сторонников…
— Редания получит королеву-пешку, которой будут крутить, как угодно, — закончила за неё Филиппа, — выиграет ли от этого Редания — сомневаюсь. Впрочем, если Адда научилась слушать умных людей, польза для Ложи от неё будет немалая. Маргарита Ло-Антиль уже отправилась в Реданию, чтобы, так сказать, держать руку на пульсе и оказаться в нужное время в нужном месте.
— Маргарита? — хмыкнул ведьмак. — Смело. Не думал, что ей захочется снова видеть Реданию… А что, если Адда успела заразиться от покойного мужа ненавистью к чародеям?
— Геральт, — сморщилась Филиппа, — не лезь в то, в чём не разбираешься! Политика — слишком сложно и тонко для простого ведьмака. Трисс, почему ты до сих пор не пояснила ему это?
— Я… — начала Трисс, но Филиппе ответ был не нужен, повелительным жестом она заставила Меригольд замолчать и продолжила: — Всё это я рассказала тебе только потому, что нуждаюсь в помощи. Цирилла тебе доверяет и не станет прятаться. Ты должна уговорить её встретиться со мной, с членами Ложи, а остальное я беру на себя. В конце концов, кровь — не водица, Цири рождена править, и самое время напомнить ей об этом. Хватит играть в ведьмачку, да и разве не благородно это: вернуться в трудный для страны момент, спасти от неминуемой смерти невинное дитя и женщину, которая на самом деле любила Эмгыра? Достойная цель, как по мне. А мы со своей стороны, будем всячески помогать молодой Императрице, поддерживать и направлять её…
— Кто эти «мы»? — сузив глаза, спросил Геральт, которого всё сильнее раздражал этот разговор. — Ты, Фрингилья, Маргарита… кто ещё? Францеска и Йеннифер?
— Почти угадал, — решила приоткрыть карты Филиппа, надеясь, что это поможет осуществить задуманное. — Францеска не покидает Дол Блатанна с момента смерти Эмгыра, ходят слухи, что она собирается стать настоящей королевой Aen Seidhe, а не императорской куклой. А это означает, что скоро мы снова услышим о белках, которые явно не добавят стабильности миру, и так шатающемуся, благодаря Бестии, «покаравшей Императора за грехи», — последние слова чародейка произнесла, не скрывая насмешки. — А что касается Йеннифэр… — она повернулась к ведьмаку, — уверена, что ты лучше меня знаешь о том, где она. Так ведь, Геральт?
— Не твоё дело, — отрезал ведьмак, — если тебе больше нечего нам сказать, не вижу смысла тратить время на пустую болтовню.
