Полноценно приступить к работе удалось только после нескольких чашек кофе, выпитых в маленьком ресторанчике, расположившемся как раз на против биржи. Определить то, что движение вперёд идёт и пока останавливаться не собирается, смог сразу, как только вошёл в здание, где снова стало очень шумно. А вот разобраться с тем, стоит ли продавать акции, не получилось, мозг отказывался работать в нужном направлении. В голове, то и дело, всплывали цветные картинки пляжа и всего того, что находится рядом с ним. Вот и пришлось принять двойную дозу бодрящего напитка, несмотря даже на то, что он мне никогда не нравился.
Последующий мозговой штурм, сопровождавшийся усиливающимися криками, доносившимися, то и дело, с первого этажа, принёс ожидаемые результаты. Нам с помощником удалось разбить все имеющиеся у нас акции на две категории. В первую вошли те, которые можно безжалостно продавать, отслеживая конечно их стоимость и направление движения, а во вторую мы собрали бумаги тех предприятий, которые, по нашему мнению, окончательно возрождаться начнут чуть позже и которые стоит попридержать. Распродажу первой группы производили очень аккуратно, как только я видел, что они достигают, возможно и промежуточного, максимального значения, а потом снова начинают замерзать, тут же выставляли на продажу какую-то часть и обычно, в этот же день их и реализовывали. Не спорю, через несколько дней пик мог снова повториться и даже перескочить то значение, которое было ранее, но здесь поделать уже ничего нельзя было, так далеко заглядывать я не умею. Приходится радоваться тому, что удалось хотя бы что то заработать, но обычно это что то никогда не было меньше двадцати процентов, а это достаточно приличные деньги, даже по моим меркам. Продолжалось наше бронебойное шествие по бирже, на виду у остального персонала, до тех пор, пока не возвратился мой посланник. С его появлением конечно наша торговля полностью не остановилась, но приобрела, более спокойный характер, так как мне пришлось много времени тратить на то, чтобы выполнить заявки моего геолога.
Вечером наш путешественник подробно рассказывал, как добирался до Аляски, что делал там и сколько натерпелся за переход от Подковы до Сан-Франциско. Мне конечно было бы интересно его слушать, сиди мы обычной мужской компанией, за бутылкой пива, но сейчас, после того, как ознакомился с письмом от Иванова, совсем не до рассказов этого героя. Позволив парню до рассказать очередную историю, которых в его, казалось бы, очень простой, поездке оказалось не мало, посчитал уместным прекратить представление одного актёра и перейти к более насущным вопросам.
— Всё, закончили разговоры про твою удачливость и сноровку. Давай теперь поведай нам чего нибудь по существу. Что Иванов просил передать на словах?
— Наверное тоже самое, что и в письме написал? Он же его заставил меня наизусть выучить.
— Да ну? — вырвалось у нас с Фёдором.
— Точно говорю. Можете даже проверить. Дорогой Максим Сергеевич, в первых же строках хочу выразить вам благодарность…
— Всё, всё. Верю, дальше можешь не продолжать. Тогда ты в курсе, чем тебе придётся заниматься?
— Вроде да. Иванов говорил, что мне надо будет среди наших, охотников набрать, человек двадцать. Он их на охрану рудника определить хочет. И то, почти каждый день, пока я у них жил, приводили и не по одному, желающих на вашей землице втихаря золотишко намыть. Виданное ли дело, американцы стали в гости захаживать и точно так же, как и наши, грабежом занимаются.
— С этим Григорий Иванович и без нас разберётся. Наше дело людей ему доставить, да оборудование. Только вот, где мы его раздобудем?
— Так он сказал можно у американцев купить, в их этом, обществе каком-то.
— Купить то, наверное, можно, попытаться. Только продадут ли они нам его?
— Нам могут не продать, про это Григорий Иванович тоже говорил. Надо туда американского инженера отправлять, ему то точно продадут.
— Это понятно. Только, где же его взять? Лично у меня на примете такого нет. Может у вас кто есть? — спросил я и посмотрел на товарищей.
— Не, у меня нету — ответил Данила.
— У меня есть знакомые, но инженеров среди них вроде нет — задумчиво протянул Фёдор.
— Ладно. Буду думать. Давайте сейчас по всему остальному пройдёмся.
Список у нашего геолога был не большим, а просто громадным. Такое впечатление, что он решил затариться не на шесть месяцев, а на два года. Нет, это конечно похвально, что человек так радеет о деле, но такие объёмы, на мой взгляд, это уже перебор. А этот его комплекс по промывке золота, который производится только в Сан-Франциско и продаётся лишь гражданам США, пожелавшим заняться золотодобычей в промышленных масштабах. Вот, как я его куплю? Это только по внешнему виду и произношению, меня можно принять за коренного жителя, а по паспарту я выходец из российской глубинки.
