– Больше никто, остальные спят, – заикаясь, ответила Арнел. Женщина в ночном халате и с растрепанной косой соображала с трудом, не до конца понимая, с чего такой переполох.
– Пусть так и будет, – приказал Никлос. По его взгляду Артан понял – дела плохи.
На входе в женскую часть дворца их ожидала перепуганная служанка. Девушка ходила взад-вперед, прижав руки к груди. Подойдя, король лишь взглянул на нее, и она упала без сознания, после чего ее подхватил нориус и унес в одну из свободных комнат.
– Никому к ней не входить! – наказал король. – А вы двое, если почувствуете себя дурно, голова закружится или появится кашель, – немедленно сообщите, вам ясно?
Женщины закивали, до смерти напугавшись. Они схватили друг дружку за руки, отодвинулись в сторону и кивком головы указали на злосчастную комнату. Дверь оказалась приоткрыта, и Никлос выругался.
– Арт, стой, где стоишь! – приказал король, поднимая руку.
Виднелась только полоска света из-за двери гостиной, но ни звука не доносилось оттуда. Никлос медленно подошел к входу, потянулся к дверной ручке и замер на пороге. Мужчина осторожно заглянул внутрь и заметил под одеялом темную фигуру, от которой шел тихий, сыпучий как песок, звук дыхания. Король ступил в комнату, плотно закрыв за собой дверь.
Быстрый осмотр помещения подтвердил его опасения. Взмах рукой – и прекрасные черные цветы в вазе осыпались пеплом. Никлос подошел к окнам, раскрыл их нараспашку. И только потом приблизился к больной.
Под одеялом завозились, раздался негромкий кашель, и показалось осунувшееся женское личико.
– Ваше Величество? – едва слышно обратилась к нему Мирта, сонно потирая глаза. В тусклом свете очертания короля терялись, их заволакивал густой черный туман, от которого хотелось кашлять.
– Тише-тише, кэрра, – нежно ответил король, присаживаясь на край постели. Он провел рукой по влажному лбу и поправил одеяло, с грустью глядя на осунувшуюся девушку. – Вы серьезно заболели. Вам нужен покой и свежий воздух. Хотите воды?
Она закивала в ответ, и Никлос наполнил стакан из кувшина на столе. Сев обратно, он помог девушке приподняться и собственноручно напоил водой. К сожалению, это вызвало еще один приступ кашля, и изо рта Мирты вырвался густой дым.
– Что со мной? – опускаясь на кровать, испуганно спросила она.
– Не думайте об этом. Сейчас важно то, чем я могу помочь. Вам станет легче, но, к несчастью, процедура болезненна. Прошу простить, что нет иного способа облегчить ваши страдания. Наберитесь терпения и сил, хорошо? – король вытащил ее руку из-под одеяла и крепко сжал ее.
Дождавшись нерешительного кивка Мирты, он выпустил нориуса, который оплел ее запястье, как змея поднялся выше к груди, а затем заполз в рот, нос и глаза, вынудив девушку выгнуться в мучительном подобии агонии. Только с силой прижав ее к постели, король смог остановить страшную судорогу, от которой она запросто могла сломать позвоночник. Боль прошила каждую клеточку тела девушки, и когда нориус покинул ее, утаскивая за собой длинные полосы черного дыма, она закричала изо всех сил. Крик оказался таким мощным, что лопнули стекла, а Мирта обмякла, погружаясь в глубокий, спокойный сон.
– Что, морвиус побери, здесь происходит?! – заревел Артан, врываясь в комнату. Представшее перед ним зрелище ошеломило маршала, и он прижался к стене, в изумлении глядя на колючий черный шар, вокруг которого летал нориус, сдерживая того внутри себя. Никлос махнул рукой, и эта жуткая конструкция вылетела наружу и скрылась в темноте.
Позади Артана зазвучали новые голоса. От шума проснулись невесты, а Арнел с Вирой, наплевав на собственные страхи, примчались на крик подопечной и застыли рядом с Артаном.
Король вновь поправил одеяло на Мирте, провел рукой по ее похолодевшему лбу и тяжело поднялся. Он не решался посмотреть в глаза друга, так как знал, что ничего хорошего теперь не будет.
– Подготовьте кэрре Гадельер новые покои. С большими окнами, хорошо проветриваемые. Найдите врача и сиделку. Велите невестам вернуться в свои комнаты, Мирта нуждается в тишине, а девицы излишне шумят. Скажите им, что их подруга серьезно больна. И больше ничего, вам ясно? – обратился он к женщинам. По его взгляду они поняли, что возражения и вопросы бессмысленны. Засуетившись, патронессы выскочили из комнаты, закрыв за собой дверь и оставив любопытствующих в темноте гостиной.
Артан подошел к кровати, с тревогой глядя на племянницу. Девушка измождена, но словно сбросила с себя тяжелый груз и от этого крепко спала.
– Что с ней? – глухо спросил он. Король приблизился, и, как бы опираясь на друга, положил ему руку на плечо.
– Этот яд называется «Черная пьетта», он назван в честь одноименного цветка. Растение выпускает пыльцу, вдохнув которую дракон получает сильнейшее отравление дыхательных путей. Отсюда и черный дым изо рта. Но… это необычное растение. Как и дым. Это…
– Как нориус, – проницательно выговорил Артан. Ему стало больно смотреть на Мирту. Теперь он начал понимать, почему король говорил так осторожно и мягко.
