Гурдгая Несущий смерть остановил ровно между темными и светлыми. Поднял коня на дыбы, заставляя даже бездушных Паладинов попятиться.
Ашту криво ухмыльнулся, мотнув головой, и буркнул:
— Успел, шхар.
Спешившись, Анвар осторожно хлопнул коня по крупу, прося отойти, и тут же вытянул ромфею, направляя кончик адругу в лицо.
— Сначала меня, — едва слышно произнес он для Ашту.
Тот ухмыльнулся, и как раньше поднял руки, призывно поманив пальцами. Только сейчас они были не мальчишками, и каждый сжимал не кулаки, а смертельное оружие.
Паладины, словно воспитанные телохранители, отступили еще на шаг, не мешая «хозяину» развлекаться. За их спинами, глумливо улыбаясь, стоял Несущий страх. Влезать в разборки этих двоих он не желал. Зато полюбоваться, как они убивают друг друга, был не прочь, такое нельзя было пропускать. Кто бы ни вышел победителем, ему все равно.
Анвар, поморщившись, огляделся. С облегчением заметил, как поднимается с земли Кагар, ошеломленный, оглушенный, но на первый взгляд целый, и сделал шаг вперед, вознося ромфею для удара.
Анвар стоял напротив скалящегося адруга и не мог отделаться от мысли, что все это уже было. Усталость только начала проявляться, но Анвар с удовольствием уже закончил бы. А напротив стоял Ашту и все так же мерзко ухмылялся, лишь окрасившиеся алым порезы на плечах и торсе портили впечатление.
На самом Анваре была всего одна рана. Легкий порез на щеке. Никчемная царапина… заставляющая Несущего смерть скрипеть зубами и стирающая все господство в бое. Словно Ашту оставил подпись «я поддаюсь тебе». Будто все это не правда, и Несущий хаос сейчас улыбнётся безмятежно, бросив что-то вроде: «сдаешь, друг».
— Не желаешь ничью? — тихо, с горькой усмешкой спросил Анвар.
— Не позволят нам ничью, — точно с таким же выражением поддержал Ашту и кинулся вперед.
Следующий раз они остановились, когда сил поднимать оружие не осталось. Многочисленные, но к счастью неглубокие порезы саднило. Ашту выглядел хуже. Адруг хромал на правую ногу, и берег левую руку, с кончиков пальцев которой срывалась капель, оставляя на земле черные пятна.
Сауле несколько раз пыталась подать голос, взывая к благоразумию, но Темный ее остановил. И теперь не она сжимала сына в объятьях, а Кахир прижимал сидящую в пыли женщину к себе.
— Отступи, — все еще надеясь на разумность друга, попросил Анвар.
— Я? Могу. А что ты будешь делать с ними? — махнул он головой себе за спину, где неподвижно стояли четыре Паладина и предавший Всадник.
Ответить Анвар не успел. За спиной Ашту взвихрилась пыль, обрамляя бьющее по глазам яркое пятно. Только по взвившимся в воздух листьям и песку можно было понять, что оно не материализовалось здесь, а пришло со стороны светлых территорий. На доли мгновенья пятно зависло на месте, заставляя всех щуриться и прикрывать глаза, а после вытянулось в человека. Высокого и довольно красивого, хоть и высокомерно холодного.
Одарив всех присутствующих обворожительной и при этом хищной улыбкой, человек заговорил:
— Всем добрый день. Отец, — чуть склонил он голову в сторону Кахира и, словно оправдываясь, признался, — устал ждать. Слишком долгие игры вы устроили, — эта фраза была направлена Ашту, и в голосе Света сквозило явное недовольство, даже злость.
Ашту невозмутимо развел руками и отступил в сторону, позволяя своему новому Повелителю полностью завладеть вниманием присутствующих.
— Ты всегда был нетерпеливым, — хмыкнув признал Кахир.
Анвар вздрогнул. Теперь от его сына осталась только оболочка. Голос, поза, сила все это вернулось, не позволяя забыть, кто именно находится перед ними. Сауле испуганно охнула и, отпустив мальчика, отползла в сторону.
Свет не прекращал улыбаться, но по его лицу пробежала судорога, показывая истинное состояние Первородного.
— Не скрою, грешен, — улыбнулся Свет, когда смог совладать с эмоциями. — Но не будем отвлекаться, ты прав, мне не терпится покончить с этим. А ты, как я посмотрю, готов уступить мне. Слаб, лишен воплощения, из охраны только четыре недобитых раба.
Тьма улыбнулся. Как-то мягко и грустно.
— Ты так и не научился правильно оценивать противника. И! Они не рабы, сын.
Свет лишь презрительно хмыкнул.
— Покончим с этим. Хочу, чтобы ты принял смерть от своих созданий. Несущий хаос, убей своего бывшего повелителя!
Свет улыбался, не сразу сообразив, отчего произошла заминка и почему Несущий хаос, давно скрывшийся за спиной, не спешит выполнять приказ. Понял только, когда в спину вонзилось острие меча, а его кончик вынырнул ровно под схождением ребер.
За спиной Света с запоздалым лязгом сошлись клинки паладинов. Тихая, испуганная ругань Тограса потонула в нем, практически никем не замеченная. Сдавленно засипев, Свет выпучил глаза и, резко развернувшись, хлестнул тонкой нитью силы, но Несущего хаос там уже не было.
Радостно улыбаясь, он стоял за спиной своего Императора, придерживая предплечьем закинутый на плечо хопеш.
