— Все в порядке, — выдохнул Ашту, успокаиваясь и вновь натягивая на лицо доброжелательную улыбку. — Помоги мне его вернуть и отпусти кочевников, и я не буду держать на тебя зла.
Кивнув владетель крикнул:
— Абаим!
На этот крик явился молодой худощавый парень. Одежда его напоминала одежды убитого Ашту батура, только гораздо богаче и чище.
— Абаим, вели бахиб Ахмету явиться ко мне, и сами Ихсану тоже! — не глядя на слугу велел Кавим.
Поклонившись парень исчез также тихо и незаметно, как и появился, а Кавим повел Всадников вглубь дворца. В свой кабинет.
Сами Кавим всю дорогу пытался разговорить Всадников, но те оставались задумчиво мрачными.
— Мы вернем твоего сына, сами Ашту. Она не могла далеко уйти, — стоило затвориться двери в кабинет, сами Кавим обернулся к Ашту всем корпусом, будто старался донести серьезность своих слов.
— У меня нет времени ждать, — зло бросил Ашту, проходя мимо застывшего мужчины.
Кабинет сами Кавима был похож скорее на комнаты дома услад. Огромное светлое помещение с фонтаном посередине. Анвар на мгновение застыл, пытаясь осмыслить увиденное: город в пустыне и такое расточительство. Стены слепили золотом плитки. Пол весь покрыт коврами, а на них три длинные лавки застеленные тканью и заваленные подушками. Перед ними маленький столик из дерева цвета крови, украшенный пластинами с искусной резьбой, судя по всему из чьих-то костей.
— Забавно, — едва слышно пробормотал Анвар, проходя мимо Ашту к скамьям. Ашту понимающе хмыкнул, но комментировать реакцию друга не стал.
— Я должен быть в Темной империи, и так времени прошло слишком много.
Сами Кавим нахмурился.
— Успеешь, — задумчиво произнес Анвар, оборачиваясь к другу.
— Что?
— Кочевники. Они ведь в порядке? — сощурившись переспросил Анвар у Кавима.
— Да, сами.
— Береника поможет нам.
Ашту непонимающе покачал головой.
— Переносный камень, — легко улыбнулся Анвар. — Даже если поиски будут идти месяц, это все равно быстрее, чем ехать морем.
— Ах шхаар, — потрясенно выругался Ашту и на его лице расплылась облегченная улыбка.
Высказать удивление в очередной раз сами Кавим не успел, в дверь постучали и слуга, как понял Анвар, торжественно представил:
— Сами Ихсан, — и согнувшись почти параллельно земле, попятился задом за дверь.
Вместо него в зал вошел высокий, статный мужчина, такой же черный как Кавим, только борода совсем короткая.
— Забавно, — повторил свой шепот Анвар.
Ашту дернув головой, попытался привлечь Несущего к порядку, но Анвар больше ничего говорить не собирался.
— Сами Кавим, вы желали меня видеть? — разглядев гостей владетеля, мужчина на мгновение запнулся. Но практически сразу взял себя в руки и проговорил на общем, склоняясь в поклоне. Его поклон был не таким низким, как до того изображал слуга. Ихсан лишь слегка склонил плечи.
— Да, сами Ихсан, ты ведь помнишь сами Ашту?
Ихсан кивнул, подтверждая — такого забудешь.
— Мы невольно обидели его, — слегка склонил голову сами Кавим в сторону Ашту, — кочевники принадлежат ему. А главное, ребенок которого мы отдали кажи, сын сами.
Сами Ихсан резко выдохнул, понимая, в какую ситуацию они с господином попали.
— Верни ребенка, сами Ихсан, — велел Кавим, сверкнув черными глазами.
— И женщину, приведи ее живой, — резко добавил Ашту, вперив в мужчину холодный взгляд.
— Я понял вас, сами Кавим, сами Ашту, — Ихсан поклонился и так же попятился задом, развернувшись лишь у двери.
— Забавно, — хмыкнул Анвар в третий раз, заработав от Ашту полный злобы взгляд.
Чуть не столкнувшись с ним на выходе, в кабине зашел очередной слуга.
— Бахиб Ахмет.
И вся картина повторилась.
— Молчи, — упреждающе прошипел Ашту, зло пригрозив Анвару пальцем.
Тот лишь хмыкнул насмешливо, слушая очередной приказ сами Кавима.
— Освободи кочевников и извинись перед ними, — говорил между тем Кавим.
— Сами!?
— Извинись! — грозно прошипел Кавим, пораженный несговорчивостью подчиненного.
— Как прикажете, сами, — бахиб, разобрав недовольство господина, испуганно дернулся вниз, складываясь в поклоне.
— И пусть вернут им все что отобрали, — насмешливо добавил Ашту, глядя на Кавима.
Тот кивнул бахиб Ахмету, подтверждая, что это не просто слова, а приказ.
Ахмет непонимающе окинул взглядом странных чужаков, смеющих вставлять слово, когда говорит владетель, но аккуратно, чтобы этого не было заметно. Всадники все равно увидели и насмешливо вздернули брови, оба разом, словно единый человек.
— Как прикажете, сами, — передернувшись от взглядов чужаков, поклонился Ахмет и начал пятиться.
— Стой, — велел Ашту и, обернувшись к Кавиму, попросил, — сами Кавим, я хочу видеть их. Проверить.
— Как скажешь, сами Ашту, идем, — и, кивнув удивленному слуге, первым пошел к выходу.
Темница во дворце резко отличалась от остальных помещений, больше походя на камеры Несущего боль. Это единственное место, где было по-настоящему холодно, а еще грязно, пыльно и темно. Стоило открыться внешней двери Всадников едва не сбила с ног вонь нечистых тел, гнили и крыс.
