— для лесного народа в это нет прока, — девушка поймала вопросительный взгляд. — у людей духовное море, у лесного народа духовное древо, наши меридианы связаны с центром ветвями, с повышением развития или благодаря случаю мы взращиваем в себе новые ветви открывая меридианы, для примера я родилась с пятнадцатью ветвями, но сейчас их семнадцать.
— быть такого не может. — челюсть Укуна ослабла от удивления.
— в нашем клане есть особый родник что иногда создаёт особую каплю, выпив её член клана гарантированно получает новую ветвь.
— ты же не обманываешь меня?
— ты был честен со мной, так как я могу теперь лгать, — лицо девушки потемнело. — но ты всё равно плохой человек так как в твоей лжи вымыслом было всё кроме того, что ты бабник.
— я не бабник, — с горечью обиды отреагировал Укун. — меня интересует только человеческая кровь, так что не приписывай мне всякое.
— у тебя официально три невесты. — тоненькие брови красавицы осуждающе сдвинулись.
— это было спонтанное, и не буду скрывать порой выгодное решение.
— и в каком же случае это было спонтанно?
— это, это про мою первую невесту. — Укун всем своим видом поник и его хватка ослабла, повисла пауза.
— сейчас упаду.
— прости, — налившиеся силой руки удержали скатывающийся на пол кокон. — это не очень приятная история.
— ты же вроде безумно влюблён в неё? Как её звали?
— Ши Вэй, и я не думаю, что это была любовь.
— почему же?
— поначалу я был опьянён её вкусом, а после ослеплён её божественной красотой из-за влияния космической сущности. — последний его сон был о том, как они встретились, став друг другу чужими людьми, отчего он был перепуган, но не так сильно, как раньше, будто его душа смирилась с ложной влюблённостью. — я был не в ладах со своей звериной натурой и набедокурил, признаю, но это не из-за желания иметь гарем чтобы утопать в разврате.
— твоя жажда крови так велика как ты рассказываешь?
— она ужасающе сильно на меня влияет, но я борюсь с этим.
— значит ли это что твои чувства могут быть искренними и незамутнёнными только с той что не вызывает у тебя желание выпить кровь?
— ну если так подумать, то думаю да, — Укун прикинул своё поведение и расстроился. — за порцию крови я на всё соглашусь, позор мне.
— нет людей без слабостей.
— но моя слабость в потребляемой энергии для прорыва.
— ты меня понял, — соблазнительные губы впервые за эти часы показали улучшения настроения Нилу. — рядом со мной ты не подвержен влиянию звериных инстинктов?
— нет, иначе я бы давно попробовал твою кровь на вкус, — Укун всмотрелся в чарующие глаза. — с тобой я вспомнил какого это быть обычным человеком. — Укун не лгал, размышления о том, как легко быть с кем-то кого не хочется сожрать грели ему душу.
— может тебе уже не обязательно оставаться человеком?
— в каком плане?
— твоя природа отдалилась от людей, ты видишь в них в первую очередь добычу, как монстр, — Нилу опустила взгляд. — таких как я люди тоже называют монстрами.
— они не со зла, а по глупости. — попытался утешить поникшую деву.
— ты так говоришь потому что в их глазах ты тоже монстр, только можешь спрятаться в отличие от меня, — глаза Нилу намокли. — я, я и мой клан заперты в этой пустыне, в самом непригодном, но безопасном для нашего малого народа месте из-за того, что мы не такие люди.
— Нилу.
— я хочу увидеть мир, хочу коснуться дерева что выше всех видимых мной осколков разбитой горы увидеть бурные реки, безграничный океан, и почувствовать, что такое снег, — её очи переполнились и слезы пролились по прекрасному лицу. — я пленница своей природы, и сгину в это проклятом месте как и все, кто был до меня. — она высвободила свои руки из одеяла и прижалась к Укуну увлажняя его серебристые одежды.
— ксенофобия ещё та проблема, — в горле застрял ком из горечи от понимания какая жестокая судьба пала на клан Нилу. — если бы гора была цела, то их клан мог бы и дальше процветать, имея сильных мастеров, чтобы защитить их в мире людей, но что я могу? Даже если прорвусь в царство астрала мне тратить время на усиления её клана или что? Какое вообще мне до них дело? Лонг!
— да мой мастер, — Шэн появился за его спиной. — ой, я не вовремя? — Нилу перестала рыдать, но впилась в юношу всеми силами.
— убей во мне альтруиста.
— у неё тоже есть проблемы? — скептически настроился Шэн.
— её клан заперт в это дыре, из-за слабости экспертов и малочисленности народа, как им помочь?
— а зачем? — холодно ответил вопросом на вопрос сторонний наблюдатель.
— не нравится мне твой тон.
— если девушка плачет значит надо всё бросить и помочь?
— очень черство звучит, но да помочь было бы неплохо.
— а какое вам собственно дело до проблем её клана? — холодно продолжил задавать вопросы угрюмый мужчина.
— Шэн, нет Лонг, ну будь человеком, если не знаешь, как помочь не надо мучить меня нотациями.
— почему же не знаю, как раз таки знаю, как помочь её клану, но на кой черт вам это нужно?
— воу воу, полегче, с чего такая грубость?
— с того что вы букашка по сравнению с сильными мира сего, может стоит стать самым сильным и потом помогать нуждающимся?
