— господин Ци, а не подскажите рецепт вашего чая, если есть вариант без стирания памяти.
— извини, но это секрет моих предков, да и если убрать особый эффект, то такой же чай можно испить в заведении неподалёку. — натянув улыбку вежливо отказал старик.
— многоуважаемый Ци Гун, позвольте пожать вам руку за вашу щедрость, — Укун протянул руку чтобы схватить старика за ладонь, но тот избежал прикосновения. — что-то не так? — Укун натянул улыбку.
— у меня всегда была особенность в сложности прикосновения к другим людям, не суди сурово, таким уж я уродился.
— как жаль, как жаль.
— ну чтож, будем прощаться. — старик внезапно крепко обнял Янь Ян.
— лживый старый пёс. — подумал Укун.
— береги себя и найди достойного мужа, — только Ян хотела отреагировать с типичным отрицанием института брака как Ци Гун положил палец на её тонкие губы. — если рядом будет поддержка, то время исцелит душевные травмы. — добродушный старик улыбнулся ей как внучке и обернувшись заметил Укуна что распростёр объятия.
— обнимемся на прощание?
— и тебе не хворать. — проигнорировал старик и дёрнув за ручку вышел на шумную улицу, чтобы очень быстро раствориться в потоке людей.
— его больше нет.
— так говорят о покойниках, а он просто ушёл. — затаил на старика зуб Укун закрывая тяжёлую для смертных дверь.
— что теперь?
— обживаемся, и как солнце сядет я сделаю тебе подарок, о котором говорил шесть недель назад. — коснувшись кончика девичьего носа он ушёл осматривать дом в поисках секретов, а Янь Ян в первую очередь направилась на второй этаж выбирать комнату.
— чертов старик. — не обнаружив потайных дверей или секретов Укун вышел из подвала, и направился на кухню. — ничего особенного, обычная утварь, кладовая с обычными продуктами, есть только одно но.
— что именно мастер? — рядом проплыл сквозь стену Шэн.
— мой звериный нюх не улавливает следов готовки, а значит старик не готовил минимум месяц, и вообще на полу нет ни крошки, ни зёрнышка, это невозможно если вести хозяйство, — Укун открыл печь и глубоко вдохнул. — сажи нет от слова совсем, да тут никто не готовил десятки лет.
— он мог питаться в ресторанах.
— мог, но зачем запасы еды? Кто ел бы сыры, колбасы и крупы из кладовой?
— он готовился что придёт тот кому он передаст имение.
— чёртов старик не дал мне коснуться себя, это бы дало ответы на все вопросы, а теперь я мучаюсь, не зная, что и думать.
— мне кажется вы хотели заглянуть в его память ради чего-то другого.
— конечно же ради его волшебного напитка.
— мелочи, да и только.
— не мелочи, я кроме вкуса крови за последние годы.
— год и десять месяцев.
— ну да, год и десять не пил ничего вкуснее крови, для меня этот чай был как манна небесная.
— ну старик сказал, что рядом есть чайная.
— знаю, мы её проходили и оттуда совсем не тот аромат что был у старика.
— в любом случает вы не планировали задерживаться, а в больших городах и сорта напитков получше, так что дело времени.
— задерживаться не думал, но теперь не нужно тратиться на проживание, и я могу изменить своим планам, — взяв стопку дров он забросил их в печь и поджёг искрой от щелчка пальцев. — отвлекусь от своих сожалений за готовкой.
Янь Ян отмокала в окружении пены, девушка обнаружила в главной комнате отдельную ванную комнату со всевозможной утварью для наслаждения процессом отмыкания, начиная от масел до пены которую девушка по незнанию добавила слишком много. Она вернула себе свою оригинальную внешность, и прощупывая артефакт в форме яйца обдумывала путь что они прошли, особенно ночи и тренировки, когда Укун не выпускал её руки из своих чтобы почувствовать, как в её теле протекает духовная энергия. Получив возможность сменить внешность она за неделю ночёвок в таверне поняла, что её оригинальная внешность была слишком привлекательна, а также то что единственный кто никогда не реагировал на её красоту был Укун, его волновала только кровь, которую он брал раз в три дня.
— мужчины такие глупые. — бурчала она погружаясь под воду что было легко так как ванная для размеров её тела была поистине королевских размеров.
— ого, сколько пены, есть для меня местечко?
— это моя ванна и комната. — поднялась из пены макушка.
— очень нейтральная реакция для вошедшего в такой момент мужчины. — стоял в дверном проходе Укун с полотенцем на плече.
— не думаю что от тебя можно что то скрыть. — сверкнули в пене белоснежные глаза.
— ты слишком много обо мне знаешь, — ухмыльнулся он сверкая клыками. — закругляйся, а то ужин остынет.
— глупый. — пробубнила Янь Ян как он ушёл.
Высушив себя тёплым воздухом она вышла из своей комнаты в одном из своих одеяний что подчёркивает все самые нужные места и обнаружила что пустые комнаты были заставлены неизвестными ей ящиками, коробками и сундуками, подобная картина была и на первом этаже, и только кухня избежала захламления. На столе её уже ждали четыре блюда и как обычно бокал рубиновой крови в руках повара.
— что за бардак в моём доме? — сев за стол молвила красавица чьи пышные и длинные ресницы хлопали как крылья голубой бабочки.
