Я ощутил себя не десятилетним мальчиком из затерянного городка, а взрослым мужчиной. В моих руках была непривычная сила. Мой мозг лихорадочно работал. А мысли, словно миллионы атомов, проносились мимо. Я был в ужасе!
Мой организм, видимо, поняв, что ещё минутка, и я умру от переполняющего меня шока, благоразумно отключился. Я вновь потерял сознание.
Я был слаб, и потому эта девушка, практически не отходила от меня. Её звали Нэя, и она была из этого загадочного племени. Каждый день она старалась меня чему-то научить, брала предметы и говорила, как их следует называть.
Несколько дней спустя я стал выходить из шатра на воздух. То, что я увидел, поразило меня: вокруг было много людей, и все они занимались чем-то непонятным для меня. Чуть приглядевшись, я понял, что все эти люди с бамбуковыми палками совершенствуют какое-то искусство. Другая группа людей соединяла ладони вместе, параллельно произнося какое-то слово, и тогда в них появлялся настоящий огонь. Да, настоящий огонь, я видел это также, как и сейчас вижу лист бумаги, на котором я пишу эту историю.
Вдруг ко мне подошёл мужчина в чёрном одеянии. Он взял меня за запястье и повёл в большой шатёр, где сидели старшины этого племени. Среди них я увидел Нэю. Седовласый старик жестом попросил меня подойти к нему. Он что-то спросил у Нэи, она кивнула ему и затем улыбнулась мне. Старик подозвал к себе двух мужчин, у которых в руках были миски с неизвестной жидкостью. Они взяли мои ладони и погрузили их туда. Я был поражён тому, что эти маленькие на вид миски оказались бездонными. Обмакнув ещё раз ладони, я вдруг увидел, что прямо в центре появились какие-то символы. Я вскрикнул, но Нэя сказала мне «и лантэ», что означало «ты избранный».
Так я стал обучаться всему, что знали эти люди. Постепенно я смог говорить на их языке, мои навыки совершенствовались с каждым днём. Они стали моей семьёй, у меня даже появились друзья. Нэя как-то обмолвилась, что я белый лист бумаги, который должен стать огромной книгой.
…Прошло несколько лет. Я приобрёл знания, я начал понимать, что наш мир несовершенен, но тем не менее он прекрасен. Настал момент поделиться ими. Собрав несколько смельчаков, я предложил им отправиться к водопаду, служившему для нас порталом.
Пройдя сквозь изумрудно-лазурный поток воды, мы оказались в тёмном туннеле, который вёл в нужное нам место. Наконец вдали забрезжил робкий свет, я обрадовался и сказал остальным, что, наконец, мы скоро выйдем.
– Вы видите, как он ярко освещает на дорогу?
– О чем это ты?
Все засмеялись. Кто-то сказал:
– От долгого нахождения в темноте у тебя начались световые галлюцинации. Успокойся, нам ещё идти не меньше получаса. Это очень длинный туннель.
– Но я же отчетливо вижу!
Стремительно побежал я навстречу этому лучу. Чем больше я приближался, тем ослепительнее он становился. Мне даже пришлось закрыть глаза руками.
* * *
Когда я открыл глаза, то немного поодаль увидел девушку. Казалось, будто она меня здесь ждала. Её взгляд был прекрасным, но довольно странным. Я решил первым начать наш разговор:
– Здравствуй!
Девушка поприветствовала меня в ответ, но это был какой-то другой язык. Тогда я спросил, как её зовут. Она опять на чужом для меня языке ответила, что ее зовут Мариетта. Не понимая, что происходит, мы полностью понимали друг друга.
– Ты где живешь? – спросил я. Её ответ дал мне понять, что в этом мире началась моя новая жизнь. Это был незнакомый для меня мир, хотя Мариетта казалась совсем земной девушкой.
Я заметил, что в её корзине лежали какие-то травы.
– Ты собираешь гербарий? – вновь я задал вопрос.
– Зачем же его собирать, если он окружает нас? – искренне удивившись, ответила она. – Но он живой, имеющий запах, цвет, а если прислушаться, то какая травинка имеет свою мелодию.
«Странная девушка, но мне почему-то с ней так легко». Я взял из её корзины травинку, вдохнул аромат, приложил к уху, но так ничего и не услышал.
– Что-то в этом есть, – попробовал подыграть ей я.
– Ты не умеешь врать. Если ты задержишься у нас на какое-то время, то сможешь не только увидеть эту красоту, но научишься её понимать.
– Зачем тебе тогда столько растений в корзинке? Если, по твоим словам, ты можешь просто приходить любоваться ими и разговаривать.
– Понимаешь… – вдруг грустно ответила она и отвела взгляд.
Мы встречались с ней каждый день. Я стал замечать, что с ней что-то происходит. Иногда она тяжело дышала, но стоило ей приложить к сердцу какую-то травку (для меня они все казались одинаковыми), как сразу её дыхание становилось ровнее.
Я догадался, что она чем-то больна, но спросить об этом не решался. Я должен был разгадать эту тайну и постараться помочь ей. Я не могу объяснить, почему меня так сильно к ней тянуло. Может быть, это любовь?
Однажды Мариетта не пришла. И я пошёл ее искать. Она всегда как-то появлялась и исчезала незаметно для меня, как наваждение.
– Где же ты живёшь, моя лесная нимфа? – спрашивал я у себя.
