Итоги года Евгения Сергеевна Майорова подводила не в последний день декабря, а в конце января. К этому делу она подходила серьёзно, иногда даже рисуя схемы, чтобы обхватить все аспекты своей жизни, но по привычке больше всего внимания уделяла финансовому вопросу.
Посчитав расходы и доходы за прошедший год, а также время, которое она провела пусть и дома, но в обнимку с ноутбуком, сверяя и подбивая данные для Эльвиры, Женя пришла к выводу, что пора что-то менять.
Свою работу она разграничивала, будни посвящены исключительно клубу Адоева, а в выходные она вспоминала о магазине Эльвиры Александровны. В такие дни Гришка был посвящён сам себе и мог несколько часов подряд пялиться в телевизор, даже не напомнив погрузившейся в работу маме, что пришло время обедать или ужинать. Обычно он сам находил себе что-нибудь съестное, тащил в комнату и жевал сухомятку. А так как Женин ребёнок был жалостливым, вместе с ним перекусывала и Тонька, из-за чего диван и пол были усыпана крошками. Пылесос для мальчика был тяжеловат, поэтому убирал он следы самостоятельной трапезы веником, но почему-то о совке Григорий вспоминал редко и чаще просто разносил крошки во все стороны, чтобы их было не так заметно.
Женя не чувствовала, что разрывается между своими обязанностями. Будь у неё больше свободного времени, она, скорее всего, составляла бы компанию сыну за просмотром телевизора, а не занималась саморазвитием.
Основным минусом дополнительной работы на выходных Евгения видела в своём чувстве ответственности. Она была убеждена, что в её профессии сосредоточенность даже важнее умения считать, ведь сейчас есть специальные калькуляторы и бухгалтерские программы, и работнику остаётся лишь внимательно вводить данные. А для этого главным требованием к нему является трезвость и ясность ума. Поэтому в дни, когда она работа, Женя позволяла себе лишь три кружки кофе, а в сторону винной полки старалась и вовсе не смотреть.
«Вот освобожу выходные и смогу с самого утра заниматься, чем захочется» — думала она. Правда желаний заниматься чем-то особенным у неё ещё не было, и дальше размышлений о том, что она сможет целый день дегустировать различные виды кофе, добавляя добавки вроде имбиря или лимонной цедры, не зашло.
— Раз это всё полуофициально, то тебе не обязательно предупреждать заранее, чтобы потом отрабатывать две недели, пока на тебя будут смотреть, как на предателя? — спросила Саша, услышав о Женином намерении уволиться.
— Обязательно предупредить, иначе совсем крысой буду. А я надеюсь остаться с Эльвирой в хороших отношениях, и не только из-за того, что бельишко у неё качественное, и я планирую и дальше у неё отовариваться. Я ей обязана.
— Потому что из всех кандидаток на работу она взяла именно тебя. — с понимающим видом кивнула подруга. — Мне это знакомо. Я поэтому перед Олегом Егоровичем всегда немного робею.
— У нашего шефа внешность примечательная, рядом с таким амбалом каждому не по себе. — фыркнула Евгения.
— Тише, а то и с этой работы увольняться придётся. — прошептала Саша, оглядев столовую «Зевса», в которой происходил их разговор, на наличие свидетелей, способных донести до начальства подслушанное.
— Конечно, ведь и у стен есть уши. — усмехнулась Женя и вернулась к главной теме беседы. — Я перед Эльвирой Александровной не робею, хотя женщина она впечатляющая. Но я вроде как признательна ей за свой развод.
— Надеюсь, она просто посоветовала тебе развестись, а не эм… взаимодействовала с тогда ещё законным мужем? — испуганно спросила Александра.
— Что? Фу, нет. Она хоть и эффектная дама и, думаю, в своё время могла в любовницах какого-нибудь обеспеченного женатика или бандита числиться, но сейчас на Андрея размениваться бы не стала. Она Майорова и видела раза два от силы, ни детей, ни мужей у неё нет, поэтому советов по поводу воспитания или брака она мне не давала. Зато дала уверенность в том, что я справлюсь без Андрея. Он ведь считал, что я работаю не для пополнения семейного бюджета, а только себе на колготки с булавками. Некоторым мужчинам, знаешь ли, приятно думать, что жена работает лишь для поддержания мнимой независимости, а добытчик в семьи лишь он один. — поделилась мудростью Женя.
— Благодаря этой работе ты накопила на развод? — никак не могла понять подруга, что она имеет в виду.
— Не совсем. Решиться на развод нелегко, а если ты ещё и безработная, у которой за пять лет материнства способность считать, что-то кроме ложек сахара в кофе любимого супруга, атрофировалась, то и очень страшно. А благодаря Эльвире я знала, что смогу прокормить себя и сына. Поэтому не могу позволить себе её кинуть.
