— Ой! Я об этом не подумала и сказала Олегу, что только ты сегодня со мной уйдёшь с работы пораньше. — обратилась к ней Саша, а потом повернулась к Паше и предложила составить им компанию в походе по свадебным салонам.
— За кого вы меня принимаете? — недовольно спросил парень. — Я же не персонаж из анекдота, а взрослый мужчина, увлекаюсь спортом, а не модой.
— И даже никакого совета о трендах этого сезона на прощание не дашь? — подколола его Женя, за что и поплатилась, получив, может и дельный, но обидный совет.
— Саша, ты слишком взрослая для фаты, и платье диснеевской принцессы будет лишним. Наш любимый босс может сойти за охранника королевской персоны, но никак не за принца. А ты, Женька, коротышка, поэтому никакой тебе заниженной талии и низких каблуков. — сказал он таким противным тоном, что на мгновение Женя забыла о своей толерантности и мысленно назвала его представителем сексуальных меньшинств в самой грубой форме.
— Пусть пашет. — прошипела она. — Не нужно ради него начальство разыскивать и отпрашивать с работы.
— А чё его разыскивать? Он, поди, опять у нас внизу железо тягает. Олег Егорович в последнее время каждый день в тренажёрку на часок другой спускается.
— Не самых плохой способ справляться с предсвадебным волнением. — оценила Женя и поделилась собственным опытом. — Майоров перед свадьбой килограмм пять наел, в костюм то влез, но на всех фотографиях его щеки с трудом в кадр вмещались.
В вопросах выбора подходящего наряда тридцатилетняя Александра оказалась хуже восьмилетнего Григория. Если у сына было чёткое мнение на то, как он должен выглядеть и чувствовать себя в обновке, и Жениной миссией было только уговорить его померить нужную вещь, то подруга этим похвастаться не могла.
— А когда ты о свадьбе с Димасиком мечтала, в каком платье себя представляла?
— Если брать напрокат — то в пышном и белом, а если покупать — то кремового оттенка и средней длины, чтобы можно было ещё куда-нибудь в нём выйти.
Логика в словах девушки была: тратить один, два, а может и три ежемесячных ипотечных взноса на неудобное платье, которое наденешь раз в жизни, непрактично. Но теперь Сашино финансовое положение изменилось, ипотека закрыта, да и вкладываться в организацию свадьбы ей не нужно, ведь все расходы на себя взял Адоев. Родители Саши, мудро решив, что кто платит, тот и заказывает музыку, свои пожелания по поводу торжества не озвучивали, лишь кинув на карточку дочери щедрую сумму на покупку платья.
А вот ответственность за выбор идеального свадебного наряда легла на плечи Жени, потому что Саша, примерев на себя первое, что ей посоветовала консультант, чуть не купила его, лишь бы поскорей закончить с этим делом.
Также Жениной обязанностью стало подбадривать будущую Адоеву, которая раз за разом задавала ей вопрос о том, не совершают ли они с Олегом ошибку, решив официально оформить свои отношения.
— А кто у вас свидетелем будет? — спросила она невесту, надеясь, что Руслану так же как и ей, приходиться участвовать в подготовке праздника друзей.
— Руслан. Он свидетелем был и на второй свадьбе Олега. — раздался Сашин голос за плотной розовой шторой, закрывающей кабинку для переодевания. — Ты же не думаешь, что это плохой знак?
— Конечно, нет. Не настолько уж он и неприятный человек, чтобы на свадьбу его не приглашать. — ответила Женя, вызвав смешок со стороны примерочной.
Уговорить Александру посетить и другие магазины не получилось. Она пришла в восторг от прямого платья длиной до пола, цвета слоновой кости, с тонким пояском из кружева, подчёркивающим талию, и длинными шифоновыми рукавами. Платье было скромным, утончённым и очень шло ей, поэтому Женя придержала язык, не став указывать на то, что оно отвечает запросу ещё из жизни с Димасиком — «чтобы можно ещё куда-нибудь в нём выйти».
И если бы не девушка консультант, указавшая на то, что его ещё нужно подшить, определившись с высотой каблука свадебных туфлей, и предложившая услуги швеи, работающей в этом же салоне, довольная Саша ушла бы домой вместе с покупкой.
Из магазина подруг забрал их общий работодатель. Всю дорогу до Жениного дома, они увлечённо слушали радио. Или только делали вид?
Молчание между ними не было мрачным и гнетущим, но Евгения смогла заметить некое напряжение между будущими молодожёнами. Они подчёркнуто избегали прикосновений к друг другу. Помогая самой Жене забраться на заднее сидение высокого автомобиля, Адоев дал ей опереться на свою руку, а Саша, которую он обычно в такие моменты поддерживал за спину, или вовсе обхватывал талию и подсаживал, не дожидаясь его помощи, сама заняла место, причём не рядом с водителем, а рядом с подругой.
И вот, когда машина замедлила ход, въезжая в Женин двор, певица, чья песня играла последнюю минуту, пропела слова: «Неловкое молчание повисло. Слишком, слишком близко..». Здесь то её выдержка сдала, и она прыснула со смеха, после чего, заразившись её весельем, хихикнула и Саша. К сожалению, водитель не разделил настроения пассажирок и, остановив машину, устало кивнул Жене на прощание.
