Естественно, работала Женя не только с цифрами и счетами на экране и бумаге, а ещё и отчасти с людьми, но этого общения было не достаточно, да и люди были так себе, поэтому каждую субботу она ездила в гости к подруге. Всегда с ней вместе к Саше ездил Егор, а Руслан с Гришей иногда пропускали эти визиты. Первый оставался дома, если у Олега были дела в городе, приезжая только вечером, если супруга отмечала выходной в хорошей компании винцом, а второй, если хотел пойти на футбол или был занят чем-то ещё.
Например, рисованием, и не только для занятий с Еленой Георгиевной. О том, что Гриша Майоров умеет рисовать стало известно в школе ещё прошлой весной. Сначала на нём были все стенгазеты и плакаты для класса, а потом и общешкольные. Возраст у него был самый подходящий: не ребёнок, которому нужно всё объяснять и контролировать процесс, и не старшеклассник, что может позволить себе нагло отказаться тратить время на «фигню» для любимой школы. В общем, Гришка был талантливым и оттого занятым молодым человеком.
Ещё в прошлом году Любовь Андреевна, которая теперь приходила лишь раз в пару недель, помогая хозяйке проводить генеральную уборку двухэтажного дома, щедро поделилась сразу несколькими кустиками малины, чтобы больше Илья и Саша не смотрела на неё голодными глазами, обижая попытками заплатить, когда она приносила им варенье своего производства. А в апреле приехавшие в честь трёхлетия Егора Елена и Валентин упомянули о том, что по возвращению домой займутся огородом, это и натолкнула Александру Адоеву на вывод, что это преступление иметь столько земли и никак её не использовать. Поэтому теперь, заезжая в ворота, машину нельзя было поставить в любом углу. Несколько кустов малины, три яблони, два миндаля, две сливы, две акации и одна рябина были посажены по периметру участка, а у крыльца появились клумбы с маленькими белыми хризантемами.
Саша занялась облагораживанием участка со свойственной ей ответственностью, все саженцы были подвязаны к кольям и имели украшения в виде кусочков ткани, где большими печатными буквами было написано название будущего дерева и дата посадки, а яблонькам были даны ещё и имена: Шурочка, Олежка и Илюша.
Нельзя сказать, что Александра заделалась профессиональным садоводом и окапалась в грядках, но было видно, что она находится там, где нужно, и занимается тем, чем хочет. Она работала, что называется для души, была на подхвате в клубе, имела любимого и любящего мужа, в секрете от этого самого мужа отдала ключи от своей однокомнатной квартиры пасынку, с которым у неё сложились дружеско-родственные отношения, чтобы тот смог устраивать там личную жизнь, официально продолжая жить в доме отца. А ещё у неё был большой тёплый и светлый дом, и через несколько лет будет настоящий сад.
Наблюдая за тем, как младший сын ходит хвостом за Сашей, что-то эмоционально ей рассказывая, Женя думала о том, как это странно, что имея такие разные характеры и установки на счастье, они смогли так быстро найти общий язык, полюбить друг друга, практически сродниться и выйти замуж за двух лучших друзей.
А ведь когда подружки познакомились, не считая работы, кругом была безнадёга и уныние.
Женя рассталась с мужем, училась быть матерью-одиночкой, подала на развод и не думала о том, что когда-нибудь будет с кем-то не только «для здоровья», а снова доверится, полюбит, выйдет замуж и родит второго ребёнка. А Саша работала шесть дней в неделю с утра до вечера, чтобы посокрее закрыть ипотеку и убеждала себя, что Димасик — это предел мечтаний, и скотское отношение его мамаши не помешает им когда-нибудь пожениться. Теперь, кажется, что всё это было в другой жизни!
Как-то в конце октября, ещё из окна своего кабинета отметив слабый дождик на улице, Евгения кивнула на прощание девушке за стойкой ресепшена и, дав себе настрой на быструю пробежку до машины без зонта, рванула из клуба. Верный настрой сработал дважды — она не успела промокнуть по пути к своему авто и по пути из авто до детского садика Егора.
— Сейчас быстро-быстро побежим до машины, — настраивала Женя уже сына, прячась под козырьком от усилившегося дождя, перешедшего в настоящий ливень с ветром.
— По лужам давай! У меня галошки.
— Это в голове у тебя галошки, а на ногах резиновые сапоги, — раздалось гнусавое нравоучение откуда-то сзади.
И мать, и сын обернулись, чтобы увидеть девчушку лет пяти-шести, которая, спрятав ручки в большие кармашки своего пальтишка и задрав курносый нос, стояла за их спинами, перекатываясь с пятки на носок.
Егор скривил мордочку и потянул маму вперёд к лужам, но та осталась на месте, ведь девочка стояла без сопровождения взрослых, будто собирается идти домой одна.
— Привет, тебя в машине ждут? — для собственного успокоения заговорила с чужим ребёнком Евгения, надеясь, что это так, и дальше выполнять свой человеческий долг, сдавая самостоятельную малышку на руки охраннику и воспитателям, которые будут искать её родителей, не придётся.
