– Я передал ей морские ушки, чтобы она сделала рисовую кашу…
– Чонбокчук? Нет, это вообще на человеческую пищу не похоже, сам не видишь?
Когда директор Мэн толкнул Юми и она упала на пол, прекрасная рисовая каша с морскими ушками, украшенная луком и кунжутом, смешалась с мясом и кимчхи. Блюдо больше не выглядело аппетитным, да и вообще съедобным. Если выражаться мягко – мешанина, а если назвать как есть – помои.
– Даже у Чернушки корм лучше! Убери это!
Чинук прикрыл рот ладонью, будто его замутило, и оттолкнул контейнер от себя.
Юми обходила столовую, внимательно проверяя объем порций сотрудников. Вдруг у нее зазвонил телефон. Не задумываясь, она приняла вызов:
– Это Юми, я вас слушаю.
– Говорит Чан Учжин. Приготовьте рисовую кашу с мясом краба.
– Кашу с крабом?
– Да, у вас полчаса. И еще. Используйте мясо большого краба-стригуна.
Учжин положил трубку, не дав ей ответить. Юми уставилась на экран телефона: «Это же не кулинарный конкурс. Всего полчаса? Как я успею? Да еще и во время обеда, когда вокруг такой хаос!»
На мгновение Юми представила ледяной взгляд Учжина, и ее передернуло. Ынби как-то предупреждала, что генеральный директор в десять раз страшнее. Значит, придется выполнить это поручение. А что еще оставалось?
Не отрываясь от своих расчетов, Юми поставила воду для риса. Она как раз хотела выключить плиту, когда телефон снова зазвонил.
– Да, алло.
– Говорит Чан Учжин. Генеральному директору надо срочно ехать на встречу, так что он пообедает в другом месте. Приготовьте ужин.
Юми сварила рис, а услышав, что директор пожелал как минимум десять разных закусок, удвоила усилия. Вся взмыленная, она почти закончила, когда в очередной раз услышала звонок.
– Говорит Чан Учжин. Директор закончил встречу и решил не возвращаться в офис.
– Что?..
– Вы хорошо постарались сегодня. Пожалуйста, не забудьте приготовить завтрак.
Завершив разговор, Юми в негодовании уставилась на телефон. «А раньше не могли сказать? Я вам не собака, чтобы меня дрессировать! Как же вы меня бесите!» Она положила телефон на кухонный стол и тяжело опустилась на стул.
На первом этаже небольшого двухэтажного здания располагался паб «Книги & Пиво». Прямо под эмблемой – пивной крышкой и книгой – на стеклянной двери висела табличка «Работаем с 15:00 и до последнего гостя», а у входа был аккуратно припаркован скутер.
Юми вошла внутрь. Интерьер был выдержан в спокойных тонах, свет приглушен. На стенах висели фотографии и письма в рамках, на полках красовались сувениры со всего света. Юми прошла к диванчику в углу и поставила на него сумку.
– О, ты пришла? – Хёнтхэ, подписывавший книгу за стойкой, махнул рукой.
Чон Хёнтхэ, довольно популярный в последнее время писатель, был владельцем паба. Возможно, Юми следовало гордиться, что она училась с этим прекрасным человеком в одном классе и даже дружила с ним, однако сегодня она могла только завидовать. Ведь он плюс ко всему еще и родился с золотой ложкой во рту!
– Как первый день? – спросил Хёнтхэ, ставя на столик колу и пиво в стеклянных бутылках.
Вместо ответа Юми схватила газировку и сделала большой глоток. От раздражения у нее в горле пересохло.
– Уф. – Она со стуком поставила бутылку на столешницу, вытерев губы тыльной стороной ладони.
– Похоже, сегодня ты была служанкой, которую весь день гоняли королевские повара?
– Служанка на королевской кухне – это еще ничего. Скорее, я была рабом на галере, как в фильме «Бен-Гур».
– Это как? – непонимающе нахмурился Хёнтхэ.
Он и представить себе не мог, что Юми сегодня пережила.
– Да что случилось-то? Ты мрачнее тучи! Тебя уволили в первый же день?
– Сейчас думаю, что лучше бы уволили.
– Чего?
– Да нет, ничего. Я, наверное, пойду наверх. А то еще немного, и упаду прямо здесь.
Помахав Хёнтхэ на прощание, Юми вышла из паба и, обогнув здание, направилась к лестнице на второй этаж, с трудом переставляя ноги.
Она жила над «Книгами & Пивом» уже три года. Хёнтхэ, который владел всем зданием, предложил ей пожить на втором этаже, когда ее выселили из прежней квартиры. Изначально Юми не собиралась задерживаться дольше полугода, но почему-то до сих пор не переехала.
«О-ох, как я устала – сейчас точно помру. – Зевая, Юми еле-еле добралась до комнаты. Ей хотелось сразу же залезть под одеяло, но она не могла. – Нужно хотя бы умыться».
Юми быстро приняла душ, уселась перед зеркалом и нанесла на лицо питательную сыворотку и увлажняющий крем. Массируя пальцами кожу, она взглянула на свое отражение. Вздохнула, представляя, сколько ей предстоит вытерпеть в будущем: «Но что я могу поделать? Спасибо, что у меня вообще есть эта работа, когда столько людей не могут никуда устроиться».
Она выключила свет, и комната погрузилась в темноту, нарушаемую лишь светящимися наклейками в виде звезд на стенах и потолке. «Совсем как три года назад, на море…» – ей почудились далекие крики чаек и шумный перекат волн.
«Что бы сказал тот парень, если бы сейчас был рядом со мной? Спросил бы, в порядке ли я?»
Почти сразу после этого Юми закрыла глаза и уснула.
