Меня охватило чувство беспомощности и страха перед этим его действием, которое казалось мне нарушением моей личной границы и принуждением. Я не могла понять, как он мог так поступить со мной, уважительность и забота оставались в стороне, оставив место агрессивному поведению.
— Ты до сих пор моя жена…
— Только по документам!
— Это уже не мало,… ты ведь не подала на развод. До. Сих. Пор. Почему ты этого не сделала Адриана?
— Нет больше Адрианы Гутьеррес, — зло огрызнулась, сдувая прядь с лица. — Что-то еще?
Я заерзала, пыталась выбраться из крепких объятий. Но Матео положил ладони на мои бедра, припечатывая к деревянной столешнице.
— За пять лет не успела?
— Ты сейчас реально думаешь, что я вспоминала о тебе на протяжении всего этого времени? Я была занята другими делами. Мне не зачем было… — не успев закончить, Матео меня перебил.
— Закрой рот! — его глаза опасно прищурились.
— Что? Не смей меня затыкать, ты кем себя возомнил?
— Полукровка с тебя взгляда не сводит. Что между вами?
— Да ты сумасшедший! Лечись идиот. Откуда ты вообще об это знаешь?
— Следил за тобой. Ведьма. Приворожила. Ты даже во снах ко мне приходишь. Я убью эту гниду, если он еще раз к тебе подойдет.
— Ты сумасшедший…
— Зато не слепой.
— Это, смотря как посмотреть! — зарычала я в бешенстве. — С кем я сплю тебя не должно волновать, ясно? Тебя это уже не касается! У тебя своя жизнь, у меня своя! Ясно? И, в конце концов, убери свои ручонки.
Я все же смогла выбраться. Быстро спрыгнула со стола и отошла от него на безопасное расстояние.
Дыхание перехватывало, так сильно, что ещё мгновение и нужна будет реанимация.
Как этот ублюдок посмел, снова появиться в моей жизни?
Как посмел так себя повести?
— Еще как касается. Ты моя жена, а Офелия моя дочь, — орет он.
— Нет.
Я вижу его лицо искажено злобой, его шаги тяжелые и неуверенные. Он начинает ходить по кухне, словно пытаясь найти выход из своего бешенства.
Моё сердце начинает биться быстрее, я не понимаю, что происходит. Почему он такой раздраженный, почему не может успокоиться?
Ах, да это я. Какая я умница. Пусть побесится. Это полезно.
Его взгляд его полон отчаяния и гнева.
Он останавливается и смотрит на меня, его лицо постепенно становится менее враждебным. Я вижу, как его глаза наполняются слезами, и я понимаю, что впервые вижу его таким.
Мы смотрим друг на друга.
Не смей Адриана. Не смей проявлять к нему жалость. Он втоптал тебя в грязь. Бросил тебя как собачонку. Вся его семейка одни ублюдки. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох.
— Дай мне второй шанс. Я хочу это исправить.
— Нет.
— Адриана.
— Матео, — отвечаю ему в той же интонации. В какой момент я слышу свой телефон. — Только попробуй сдвинуться на сантиметр с этого места.
Выйдя из кухни, иду в комнату, взяв телефон, вижу, что звонит Офелия.
— Мамочка, доброе утро, — кричит она в трубку.
— Доброе утро, принцесса. Как ты?
— Все хорошо. Дедушка сделал кашу с комочками. Я не стала, ее есть отдала Рексу. Но никому не говори, — шепчет в трубку.
— Офелия так делать нельзя, у собаки есть свой корм, — ругаю дочку. — Ты себя хорошо ведешь?
— Конечно мамочка, — врет маленькая нахалка. — Адриана, у нас все хорошо, — на это раз в трубке раздается голос отца.
— Пап, следи за ней.
— Я знаю дочка. Но я уже старый, а эта маленькая девчушка как юла. Я чисто физически не успеваю.
Засмеявшись, я приглаживаю волосы рукой. — Сам просил привозить ее к тебе каждую субботу и воскресенье.
— Я и не отказываюсь от своих слов, — ворчит он. — Она радость на старости лет. Так все мне пара, Офелия, куда-то делась. Люблю тебя Адриана Фалицкая.
— Люблю тебя Александр Фалицкий, — отвечаю нашу постоянную реплику и завершаю звонок.
Развернувшись, я застываю на месте. — Александр Фалицкий? — рычит Матео. — Ты блять с ним? Да он тебе в отцы годиться!
— Люблю мужчин постарше, — заявляю со смехом.
— У Офелии черные кудрявые волосы и голубые глаза, — произносит вслух очевидные слова. — У Александра черные кудрявые волосы и голубые глаза.
— Какая наблюдательность.
— Ты, блять, мне ничего рассказать не хочешь?
Подойдя к нему вплотную, я встаю на носочки и шепчу ему на ухо. — Твои гены проиграли по всем фронтам.
Мои мысли полностью оккупированы ею. Каждый момент моего дня, каждая деталь моего существования связаны с ней. Образ Адрианы постоянно возникает перед моим внутренним взором, ее глаза, ее губы, ее улыбка — все это заставляет мое сердце биться быстрее и кровь кипеть в жилах.
Я ее поцеловал, но этого было недостаточно. Я не могу насытиться этим чувством ее губ на моих. Это запечатлилось в моей памяти, и теперь каждый раз, когда я думаю о ней, мое тело реагирует. Мой пульс ускоряется, а мои мысли становятся смутными от желания.
Мысли о ней возбуждают меня до предела. Я хочу провести каждую секунду с ней, погрузиться в океан страсти и любви, который существует между нами.
Она стала моей одержимостью, моим источником вдохновения и страсти. Я понимаю, что моё существо жаждет лишь ее, и я с упоением отдаюсь этому желанию.
— Почему так долго, — шепчу в пустой кухне. — Плевать.
