“Одежду надо отстирать в Море, — думала островитянка, глядя на
Почувствовала на плече руку Наэва, и захотелось разрыдаться от сознания, что он здесь.
— Как ты, сестренка?
— Аква и Дэладу убили, и Дэлу с ребятишками. И ее мужа. Кэва и Фемину тоже убили…, — она резко оборвала себя. Не ей сейчас хуже всех — какой смысл жаловаться? Тряхнула головой: — Я нормально, не тронули меня.
Издали женщина снова увидела Теора — тому что-то выговаривал монвульский барон. Судя по лицу сеньора, разбойник в ответ послал его к Маре или к дьяволу, как принято на Побережье. Наэв чуть улыбнулся:
— Неудобного выбрали регинцы предателя, — притянул Дельфину к себе, чтобы слышала только она, не Тэрэсса. — Женщин с детьми, думаю, запрут отдельно от мужчин, меня не будет с вами. Тэрэсса и дети… Ночью он только милостью Ариды не убил их. Он безумен и на все способен. Когда он придет за ними — останови его, сестренка, пожалуйста! Может, хоть на тебя у него рука не поднимется.
Дельфина склонила голову, обещая, но не представляя, что теперь сможет остановить Теора.
— Пусть брат Элэз отслужит благодарственный молебен, — распорядился Гэрих Ландский. — О прошедшей ночи мы будем рассказывать своим детям.
В сопровождении Эдара Монвульского и двух оруженосцев он обходил захваченный Берег Чаек. Сын Герцога не забыл Рогатую Бухту. Шлем с глубокой вмятиной, похожей на шрам, хранил до сих пор. Урок Гэрих Ландский тогда усвоил: знал, чего стоят воины Островов, и как дорого обходится даже один неосторожный шаг. За его неполные тридцать лет эта военная компания была самой опасной и непредсказуемой. Но поход начался так, как он просил в молитвах. Ночь принесла сразу несколько побед, уничтожение вражеского флота и полное смятение на Островах.
— Пусть будут награждены Ирэм из Орива, Большой Корэд и тот, одноглазый — не знаю имени, — перечислил Гэрих наиболее отличившихся воинов. — И те, из твоих людей, что заслуживают награды, — невесело признал: — У нас много героев, потому что разбойники дрались, как черти.
Не стал говорить, что и убитых много. Гэрих обернулся к рыжему юноше, своему новому оруженосцу — во время битвы в Гавани тот верно прикрывал спину господина, а после первым прорвался к кораблям.
— Ив из Роана, — произнес он громко, чтоб люди знали щедрость своего сеньора, — я видел тебя в деле в Левонии и сделал оруженосцем. Я ценю, когда мое доверие оправдывают. Из добычи сегодня выберешь награду, какую пожелаешь.
Загорелое лицо юноши от похвалы вспыхнуло под цвет волос, Гэрих едва расслышал слова благодарности. Второй его оруженосец, Рэн, посерел от зависти — эти двое друг друга не выносили с первой встречи. Рэн был сыном давно погибшего от гангрены воина — того, что потерял руку в Рогатой Бухте, но господина из воды вытащил. Ив же попросился в гарнизон Нового Замка чуть больше года назад, явившись Бог весть откуда. Если начинали расспрашивать, он называл себя сыном роанского барона — впрочем, неохотно и явно родством не хвастал. В Ланде он появился верхом и с не плохим оружием — кольчугой, мечом, копьем — но в потрепанном плаще, залатанной тунике и без единой монеты. Было ясно, что конь и оружие составляют все его имущество. С ним был всего один человек — его ровесник Марэт — вроде бы конюх. Но обращался с ним Ив, как с другом и родственником, а не слугой. Гэрих умел распознавать хороших и преданных воинов, и в юноше не ошибся.
Молодой Герцог остановился перед уцелевшим домом. В воздухе расплывался тяжелый запах смерти, впереди были пытки и допросы. Гэрих Ландский готов был применить столько жестокости, сколько потребуется, но он был не из тех, кто наслаждается мучениями врага. Корабли ландского флота постепенно собирались у Берега Чаек. Круглые гиганты, построенные для перевозки как можно большего числа людей и лошадей, были лишены весел, кроме рулевых. Они шли под парусами и неловко маневрировали, обходя мель. Были у регинцев и огромные галеры. Капитаны Герцога отлично понимали, почему Гавань разбойников располагалась в месте получше. Но разбивать лагерь следовало на самом крупном и густонаселенном острове. Усталые регинцы выводили лошадей, ошалевших от качки, спешно рыли ров и строили укрепления. Одновременно готовились отразить вылазку тех разбойников, что удрали вглубь Б
