– Тогда мне нечем заинтересовать тебя. Я ничего не беру просто так, потому что это было бы подлостью. Если я не могу лечить, то не стоит и говорить о доверительных отношениях, а это искусство, которым обладают не многие.
Кейт рвалась из грубых рук, крепко державших ее.
– Ты должен знать, друг Бен, что разговариваешь с самым известным врачом, Джосаей Уиндемом, недавно прибывшим из Уайтхолла, куда его призвал король.
На злобном, покрытом шрамами лице Бена заиграла улыбка.
– А эта квакерша? Если тебе удалось умаслить одну из них и затащить к себе в постель, доктор, значит, ты обладаешь особым даром.
Он махнул кинжалом у самого носа Уиндема, прежде чем тот успел возразить и защитить честь Кейт.
Бен намеренно медленно ткнул острием кинжала в ноздрю доктора.
– Если ты и эта девица хотите жить, докторишка, и присоединитесь к нашей лихой компании, мы испытаем твое искусство здесь и сейчас. Я отрежу тебе нос и потехи ради посмотрю, как ты его пришьешь на место. Это будет почище петушиного боя. Так, ребята?
Бен резко повернулся к своим приспешникам, стоявшим полукругом, и тут увидел Анну и Джона Гилберта, выходивших из леса.
– Отпусти доктора, Бен, целым и невредимым, – приказал Джон громко и властно.
– Ты больше не станешь мне приказывать, Джентльмен Джонни, – сказал Бен, и лицо его выразило ярость, смешанную с торжеством. – Возьмите его, ребята, а его девку приведите ко мне, потому что, судя по ее виду, она не откажется, чтобы ее снова оседлали!
– Берегись, Джон! – крикнул Джозеф, которого удерживали на земле трое людей Бена, усевшиеся на нем верхом.
Джон противостоял своим прежним соратникам, перешедшим теперь на сторону Бена. Шпага его выплясывала в воздухе, и похоже было, что они не стремятся нападать на него.
– Добрый день, юный Френсис, – сказал Джон, – а также вам доброго дня, Александр и Дик. Значит, так вы приветствуете названого брата и законно избранного вами предводителя? Я думал, что научил вас хорошим манерам.
Он улыбнулся им, и, поколебавшись мгновение, они ответили ему самыми приветливыми улыбками.
– Бен сказал, что ты не вернешься, – заговорил Френсис. – Что ты стал трусом из-за своей женщины.
Джон пожал плечами, все еще сохраняя на лице дружелюбную улыбку.
– Как вы сами видите, ребята, я снова здесь. Если Бен ошибся насчет моего возвращения, возможно, он ошибочно судит и о моей храбрости.
Анна была рада слышать, что старые соратники Джона по-прежнему на его стороне и не поддерживают Черного Бена. Бен выхватил пистолет и наставил его на Джона:
– Я убью тебя, болтливый петух, и пусть дьявол меня заберет, если я этого не сделаю!
Анна выступила из-за спины Джона и нацелила пистолет в грудь Черного Бена.
– Нет, Анна, – возразил Джон, – не вмешивайся!
– Если ты умрешь, Джонни, – спокойно сказала Анна, опуская пистолет, – я отправлю Черного Бена в ад и лишу палача удовольствия повесить его.
– Заметьте, ребята, – загремел Бен, мотая головой, – как эта девица вертит Джоном Гилбертом. Он не сможет командовать вами на большой дороге.
Джон рассмеялся:
– Ты, Бен, как всегда, не разбираешься в женщинах и не можешь отличить леди от простолюдинки. Любой добрый человек может командовать мужчинами, но ни один не может командовать дамой, если она того не пожелает.
Джон улыбнулся и подмигнул своим людям.
– Зато мы знаем, как заставить женщину захотеть, чтобы мы ею командовали. Верно, ребята?
– Неужели? – спросила Анна.
– Покажу тебе позже, когда не буду так занят, – ответил Джон, не выпуская шпаги, которая все время танцевала у него в руках.
Мужчины смеялись и кивали, наблюдая за этой игрой, а их руки, в которых они держали оружие, расслабились.
Бен с рычанием спрятал свой пистолет за пояс и прыгнул к Джону, обнажив шпагу. Его люди оказались у него за спиной, готовые его поддержать. Бен оглядел прежнюю банду Джона, и лицо его исказилось от ярости.
– Вы, бесхребетный сброд! Все вы такие! Я призову вас к порядку, как только вырежу свое имя на заднице этого бастарда, рожденного дворянином от смрадной скотницы.
Джон буквально оцепенел, услышав слово «бастард», в то время как люди Бена выстраивались позади него. Но он тут же взял себя в руки. Ему следовало употребить все свое хитроумие, чтобы избавиться от Черного Бена и, что еще важнее, спасти жизнь Анны и свою. После того как Анна прошлой ночью на берегу залитого лунным светом пруда согласилась стать его женой, жизнь обрела для него особый смысл.
Джон наблюдал за сменой настроений на лице разбойника.
– Я отрицаю твое право командовать моими людьми, Черный Бен. – Утративший было уверенность голос Джона вновь обрел силу: – Ты использовал ложь, чтобы переманить моих людей на свою сторону, посулил им золото, и, согласно нашему уложению, статья VII, я имею право потребовать, чтобы состоялись новые выборы.
Черный Бен снова разразился злобным ревом, но когда заговорил, запинался на каждом слове:
– Что за уложение? Что за статья? Что за право?
Под тяжестью человека, сидевшего у него на груди, Джозеф прохрипел:
