Она закрыла глаза. Открыла. Света не стало меньше, но теперь она различала смутные черты другой девушки, лежащей рядом без сознания. Серебристые волосы плащом разметались вокруг, по ним то и дела пробегали искорки-всполохи.
А вот её собственные чёрные пряди, никогда, наверное, не будут такими красивыми…
Девушка тоже открыла глаза и я, кажется, утонула в её серых глазах.
Девушка протянула руку.
Сиренити шевельнула пальцами и поняла, что тоже тянется к девушке — их разделяло расстояние не больше пальца.
Глубоко, вздохнув, волшебница с трудом повернула голову — и увидела странную, изломанную тень на фоне золотистого света. Тень снижалась пока не превратилась в до боли знакомого крылатого демона — в чёрных латах, с чёрным мечом, тёмными длинными волосами и тревожными глазами.
— Брас, — прохрипела она, когда его чуткие пальцы коснулись её щеки. — Брас…
По её щекам текли слёзы. Его слёзы.
— Сиренити — голос демона звучал глухо, почти хрипло. Впервые она видела его настоящее обличие — не в камне, не падая в обморок — нет, совсем рядом, даже коснуться могла… Если бы не было так больно. — Сиренити…
— Сиренити, — произнёс ещё кто-то рядом.
А раньше она никогда и не думала, что её голос настолько красив!
Она с трудом повернула голову и увидела своё отражение в серых, полных такой же боли, как и у неё, глазах.
— Иди ко мне, — произнесла светловолосая девушка, протягивая ей руку. — Прошу тебя…
Брас прижал её к себе, крепко, защищая.
— Мы одно, — шептала светловолосая волшебница. Её пальцы коснулись руки Сиренити, и та загорелась золотым светом. — Ты больше никогда не будешь одинока.
Чувствуя солёный вкус слёз на губах, она глубоко вздохнула…
…И рассыпаясь золотыми искрами, слышала шёпот скрипки
— Прости…
Золотые искры красиво опали на моих волосах, мигнули и исчезли. В ушах зазвенела новая музыка — две скрипки в унисон. Радостно и почти торжественно. Как свадебный марш. Перед глазами, наоборот, в сё поплыло.
Бездна, а ведь я раньше думала, что плакать можно только от горя!
Протянув руку, я сжала пальцы сидящего рядом демона. Не выдержала — и с всхлипом прижалась к нему. Вот чего не хватало в жизни — сильного плеча, чтобы и впрямь не чувствовать себя одинокой, защитника… любимого.
Брас обнял меня, мягко, очень нежно, словно боясь раздавить. Да, демона же действительно физически очень сильны. А Брас — теперь и магически.
Всё, теперь всё будет хорошо. Я вернусь в Нуклий… нет, ну его в бездну, этот Нуклий — домой, в лес вернусь и Брас с собой заберу. Или здесь лучше остаться? Теперь весь Нтро принадлежит ему… а мне всегда нравились миры демонов. Пошлю в бездну Долг на время, Руадана, если начнёт приставать, Совет…
Крылья Брас взметнулись и обернулись вокруг меня. Я уткнулась лбом ему в ключицу, вдыхая сладковатый запах — все демоны так пахнут для меня. Ну, нет, этот всё-таки особенный!
Подняв голову, глядя ему в глаза, я открыла было рот, чтобы первый раз в жизни, сказать, что я люблю…бездна, люблю демона, извечного нашего врага! А ну и бездна с этой враждой!
Теперь точно всё будет хорошо. А как же иначе?
Когда мир вокруг стал биться в агонии и почему я не слышала ни одного из предсмертных воплей, ведь наверняка их хватало?
И только когда мелодия скрипок хрусталиками рассыпалась в воздухе, повиснув на мгновение, сменившись звенящей тишиной и после — оглушительный раскат грома, я насторожилась.
Поздно.
Мир вокруг рушился, рассыпался осколками стекла, таял, как сон, как облачка дыма. В голове резко зазвучала какофония криков, а в последний момент, когда я попыталась создать портал Брас отшвырнуло в сторону, вокруг меня же засветился кокон щитов.
И из какофонии, разрывающей мои уши отчётливо выделилась гитара.
Тёплые руки, знакомый взгляд. Как его пропустили мои заклинания?
Врываясь из крепких объятий, я ещё успела крикнуть:
— Руадан, помоги ему!
Последнее, что я видела — протянутую руку Брас, тающую в алых искрах. Земля и небо несколько раз поменялись местами. Мелькнула и исчезла радужная дорожка. Части мира, как мозаика рассыпались и сложились вновь — в совершенно другую картинку.
Лион.
Глубокая тишина в голове и отчаянно рвущееся сердце…
Руадан, кажется, что-то говорил — не знаю. На меня снова обрушилась тьма.
Солнце догорало густым кровавым цветом. Сидящий на лавочке в сквере парень в сером, неброском костюме, прищурившись, рассеянно смотрел, как на сиреневом от сумерек небе загораются звёзды.
— Торис!
Вздрогнув, парень обернулся. Рядом, на скамейке сидела улыбчивая девушка — та самая, которую когда-то просила показать Сиренити.
Назойливые звуки города словно застыли на то мгновение, пока парень, идиотски улыбаясь, смотрел в сверкающие чёрные глаза девушки, любовался последними солнечными лучиками, запутавшимися в длинных волосах.
Усмехнувшись, девушка вскочила, подняла сумку и протянула руку.
— Ну что, идём?
Звонкий, насмешливый голос наполнил блаженную, спокойную тишину и тут же вернул все звуки — гудки машин, обрывки разговоров прохожих, шёпот листвы, шорох ветра.
