Земля Юга не менее плодородна, чем север Конга. Нужно только обратить ее силу, питающую Гибельный Лес, на пользу человеку. Здесь, на берегу широкого залива, образованного одной из многочисленных рек, впадающих в море Зур, расположился самый южный оплот Конга. Небольшой порт, охраняемый четырьмя сторожевыми фортами, и маленький городок, в котором жили солдаты и поселенцы, возделывающие окрестные поля и сады. В большинстве своем земледельцы тоже солдаты. Бывшие солдаты, которым не к кому и незачем возвращаться на север. Жизнь на окраине джунглей опасней, чем в Междуречье. Но зато южане пользуются куда большей свободой и налоги платят совсем незначительные.
Возглавляемый сотником отряд двинулся прямо к гавани. Это никого не удивило. Почему бы солдатам не проводить фургоны с товарами к ждущим их кораблям? Защищать купцов – обязанность стражи. Одарить защитников – привилегия благодарных. Ни один купец не забывает об этом. Нельзя отнять у человека с мечом естественное право на вознаграждение!
Оба купца, которых ссыльные взяли с собой, получили противоядие еще по дороге. Им растолковали, что от них требуется. Поняв, что их жизни и собственности ничто не угрожает, если они согласятся доставить ссыльных в один из портов Империи, купцы успокоились. Конечно, им было немного не по себе: из фургонов за ними следили изготовившиеся арбалетчики. Но погрузка – привычное и приятное дело. Особенно если предвкушаешь барыш.
Сотник, оставшийся лежать на нарах в дощатом бараке лагеря ссыльных, был в городе третьим по значению лицом и единолично отвечал за своих солдат. Поэтому если кто-то и увидел бы, как стражники садятся на корабли, то вряд ли стал бы вмешиваться. В сгущающихся сумерках парусники вышли из залива. Никакого разрешения для этого не требовалось: здесь не Фаранг!
Суда вышли из залива, и вот тут случилось необычайное.
Легкий ветерок со стороны моря вдруг сменился мощным, почти штормовой силы ветром, погнавшим суда на юго-запад, вдоль береговой линии. Нечего было и думать о перемене курса. Лавировать так близко от скалистого берега смертельно опасно. Кроме того, даже с убранными парусами рангоуты трещали от напряжения. Северо-запад оказался так же недостижим, как сияющее звездами южное небо. Удивительно, что море вокруг оставалось спокойным.
Люди столпились на палубах, словно надеясь увидеть в сгущающейся позади темноте саму Морскую богиню, поднявшую этот странный ветер.
– Ты? – вполголоса спросил мнимый Нор у мнимого купца.
– Я,– ответил маг.– Ты не поплывешь на север, светлейший. У тебя другая судьба!
– Я приму ее,– сказал молодой воин и вздохнул.– Я помню, что сказали кости!
– Утешься! – промолвил маг, и Нор услышал его сухой смешок.– Те, кто наследует тебе, Ролф, сын Асхенны, сочтут тебя величайшим из героев, а твой народ, народ, который создашь ты… О! Таким народом можно гордиться! Но знай: выбор у тебя есть!
– Я сказал, что приму свою судьбу! – надменно проговорил светлорожденный.
– Не сердись, светлейший! – сочувственно сказал маг.– Важно, чтобы ты принял ее добровольно, а не потому, что некий маг вздумал побаловаться с воздушной стихией! Ты – сын своего отца!
– Хорошее начало для легенды! – заметил сын Асхенны.
– Так и есть. Ты плывешь на Юг. Как и подобает герою.
– Я должен сказать своим людям! – вдруг вспомнил северянин.– Как я понял, им тоже придется стать героями?
– Придется! Но сказать им об этом ты еще успеешь: вы теперь не расстанетесь!
– И что нас ждет?
– Я покажу тебе место, которое станет вашим домом!
– Купцы! – сказал светлорожденный.– Я поклялся: если они помогут, то вернутся домой!
– Они вернутся! – пообещал маг.– То, что сказал я, касается только тебя и твоих людей. И еще тех, кто придет к вам позже.
– Но объясни…
– Успею,– Нор, нет, Ролф Асенар, опять услышал сухой смешок.– Когда корабли уйдут, я останусь с вами. Иначе не будет никакого народа – вы погибнете прежде, чем научитесь выживать.
– Приятно слышать! – усмехнулся светлорожденный.– Только ты ошибся, маг! Не будет никакого народа. И вряд ли кто-то наследует мне!
– Почему, светлейший?
– Ты мог заметить: среди нас нет женщин! Или вы, маги…
– Нет! Я сказал тебе: корабли уйдут. Но это – не все!
– Что же еще?
– Они вернутся!
