Неожиданно я почувствовала непонятное беспокойство, оно словно появилось извне, вторглось в мою душу и заставило сильнее биться сердце… Что-то произошло и это что-то было очень плохим… я чувствовала это.
Если бы я знал, что так будет — не стал бы возвращаться к Лучесвету. Остался бы на границе, а может и вовсе скрылся бы во тьме Диких Земель.
Стоило мне вернуться в лучовник брата, как я увидел собравшихся у него Старейшин. Моего сольхана не было видно, а Лучесвет сидел на глянке с понурой головой и даже посмотреть на меня не решался.
Зря. Я не винил его. Хотя, конечно, брат считает иначе.
Старейшины прожили много солнц, они умнее всех нас вместе взятых. То, что они поняли у кого я скрываюсь — было неудивительно. Я знал, что они найдут меня, только вот не думал, что так скоро.
— Лучехей, — поздоровался я, широко улыбнувшись. — Чем обязаны такому визиту?
Я пытался отвести подозрения от брата, сделал вид, что просто пришёл к нему в гости. Но лица Старейшин оставались хмурыми. Они молчали, и эта тишина начинала действовать на нервы.
— Что же ты натворил. — Печально произнёс Лучни-Йар, наконец нарушив молчание. — Лучезар, я разочарован.
Я вздрогнул. Обычно мягкий голос Старейшины звучал хрипло.
— Чем разочарованы? — я попытался притворится, что ничего не понимаю. — Зачем вы все пришли сюда? Соскучились?
— Прости, — вдруг совсем тихо произнёс Лучесвет.
Я посмотрел на него, задержавшись взглядом на взлохмаченной макушке и низко опущенных плечах. Фигура брата была чересчур сгорбленной.
— Я рассказал им, — добавил он, и эти его слова подействовали на меня так, словно бы мне на голову упал здоровый камень.
Я пошатнулся. По всему моему телу пробежала дрожь.
— Как… Как ты мог? — вопросил я, уже не пытаясь сохранить самообладание и наигранное непонимание. — Почему?..
— У меня не было выбора! — крикнул Лучесвет, вскинув голову, и я увидел, что его глаза покраснели от влаги, что стекала по щекам. — Прости, прости меня!
— Если бы Лучесвет не рассказал, то понёс бы кару вместе с тобой и своим сольханом, — строго проговорил Солун, дабы внести ясность в происходящее. — Сейчас же он просто отделается наказанием.
— Я бы не стал ничего говорить, если бы кара касалась только меня, — начал оправдываться Лучесвет, хватаясь за свои волосы. — Но я не хочу, чтобы страдал мой сольхан… прости, прости… прости меня!
— Хорошо, брат, — сухо проговорил я и, переведя взгляд на Старейшин, спросил. — И что вы намереваетесь делать? Где мой сольхан?
— Ты навлёк на него позор, — вновь подал голос Лучни-Йар. — Сейчас он находится в нашей Сияющей Общине. Он пожелал стать одним из нас, чтобы более ни один лонерис не предал его доверия.
— Вот оно как, — нервно засмеялся я, и мой смех эхом облетел лучовник. — Значит он отказывается от меня? Да… конечно, его терпение и доброта не бесконечны. Но так резко. Не ожидал… хах.
— А тебя же ждёт кара за содеянное, — добавил Солнсвет своим грубоватым голосом. — Тебя и дикую.
— Не смейте её трогать! — крикнул я, сжимая пальцы в кулаки. — Не смейте и пальцем прикасаться!
— Что с ней будет в любом случае решать не нам, а их прародительнице, — пожал плечами Солнсвет, пристально смотря на меня. — Своим поведением ты усугубляешь свою судьбу!
— Кара будет когда Солнце вернется в наш мир, — по прежнему хриплым голосом проговорил Лучни-Йар. — Чтобы другим не повадно было, она состоится на границе.
— Почему нам нельзя видеться с жителями Диких Земель? — яростно спросил я. — Ничего страшного же не происходит!
— Так решил наш прародитель, — сказал молчавший до сих пор Солнчар, оглядывая стены лучовника скучающим взглядом. — Давным-давно он создал свои писания, которым мы — его дети, должны следовать беспрекословно.
— Дурацкие писания! — выкрикнул я.
При этих моих словах на лицах всех Старейшин и даже Лучесвета, отразилось негодование. Но мне было всё равно. Они уже обо всём узнали. Теперь я могу говорить то, что на самом деле думаю. Сейчас я свободен в своих высказываниях.
— Несмышлёный сын Солнца, — покачал головой Лучни-Йар. — Ты даже не знаешь на что себя обрёк.
— А мне всё равно! — мой голос стал твёрдым. — Я познал счастье, познал любовь! Вам, кто безоговорочно следует законам, этого не понять. Вам это не доступно!
— В твоём поведении есть и наша ошибка, — пропуская мои слова мимо ушей, сказал Солнчар. — Нужно было в первый же день, как только ты стал заглядывать в Око, запретить тебе к нему подходить. Это стало толчком к твоим последующим действиям. Наблюдение за смертными погубило тебя.
