—
В поисках монаха Олег недоуменно оглянулся по сторонам и… увидел, что лежит на спине в залитой светом операционной.
— Больной открыл глаза, — послышался женский голос.
«Операция продолжается, — догадался он, узнав внушительную фигуру врача. — Это же хирург, который встречал меня у входа, — радостно вспомнил он. — Если он еще здесь, значит, все в порядке».
— Что вы видите? — громко поинтересовался тот.
— Вас вижу доктор, еще медсестру…
— А чувствуете?
— Дышать стало гораздо легче, могу вздохнуть полной грудью, — делая глубокий вздох, радостно сообщил Олег. — Я так долго спал, доктор, и видел сны: кому рассказать, не поверят, — виновато добавил он.
— Уже поверили и, слава Богу, вовремя приняли меры, — улыбнулся в ответ Николай. — Лежите спокойно, вам нельзя волноваться…
— Куда больного везти? — вмешалась медсестра, — отдельную палату долго занимать нельзя.
— Оставьте еще на сутки под мою ответственность, — попросил Николай и, борясь с наваливавшейся дремотой, неспешным шагом отправился к себе.
Всепоглощающее чувство радости от одержанной победы перехлестывало через край. Хотелось, как мальчишка, пуститься вприпрыжку по коридорам, сообщая каждому встречному, что пациент жив.
«Ну, вот и все, осталось только с родственниками напоследок побеседовать», — расслаблено подумал он, распахивая настежь окно в своем закутке.
Окутанный туманной шапкой больничный парк в багряных лучах рассвета выглядел поседевшим за одну ночь зрелым мужчиной. Николай вздохнул полной грудью и долго смотрел, как туман постепенно редеет, а вставшее солнце все сильней разбавляет кровавый багрянец неба золотистым аквамарином, словно напоминая, что затянувшаяся драма подошла к концу.
Ночь Ника провела в тревоге. За окном то стихало, то вновь начинало угрожающе грохотать, дождь с неистовой силой барабанил в окна, и уставший за день мозг терзали сны, один нелепее другого. Проснулась она с тревожным чувством, что сегодня непременно что-нибудь произойдет. Ранний звонок заставил ее вздрогнуть, и телефонную трубку Ника подняла с ощущением самых дурных предчувствий.
— Утром ваш муж пришел в себя, — тожественно сообщила сестра, — можете его навестить.
— Простите, что вы сказали? — решив, что ослышалась, испуганно переспросила Ника.
— Не переживайте так, он в норме, — успокоила сестра, — подъезжайте часам к одиннадцати, и не забудьте доктора поблагодарить. Николай Михайлович всю ночь, сначала дежурил подле него, а потом успешно сделал еще одну операцию…
Положив трубку, Ника сначала решила, что ей это приснилось, и для верности ущипнула себя за мочку уха. Почувствовав вполне ощутимую боль, она кинулась будить Витьку.
— Сейчас из больницы позвонили, папа в себя пришел, — прерывающимся от волнения голосом сообщила Ника сыну.
Витька рывком сел на кровати и потер заспанные глаза.
— Значит, браслет все-таки помог, — заметил он довольным тоном. — Кстати, я так и не успел рассмотреть его толком.
— Я сейчас принесу, — подхватилась Ника и, сбегав в прихожую, достала браслет из сумочки.
Взяв двумя пальцами за замочек, Витька поднес его к окну, но гранатовые зернышки остались безучастны.
— Ничего не выходит, — разочарованно протянул он.
— Подожди, нужно повернуть браслет к свету так, чтоб камни зажглись, — успокоила его Ника, вспомнив, как в палате совершенно случайно загорелись внутри гранатов огоньки. — В этот миг зазвонил телефон, — это, наверное, из больницы, — испуганно вскочив, она опрометью бросилась в прихожую.
Проводив ее взглядом, Витька на всякий случай решил еще раз проверить браслет. И тут, словно по заказу выглянуло на мгновение из рваных облаков солнце, гранаты полыхнули в его лучах и погасли.
«Словно предупредили о чем-то», — испуганно подумал он, поспешно сжав браслет в ладони.
В этот момент в комнату возвратилась Ника.
— Бабушка звонила, — сообщила она, — я ей сказала, что с папой все в порядке. Она так обрадовалась, даже речи лишилась, а потом предложила после выписки поехать в санаторий недалеко от их городка и обещала пока все разузнать.
— Знаю, он за речкой на холме, — буркнул Витька, возвращая матери браслет.
— Ничего не вышло? — удивилась Ника, увидев его обескураженный взгляд.
Сын отрицательно покачал головой.
«Что это с ним? — подумала Ника, заметив, как резко изменилось настроение сына. — Наверное, почудилось что-то, теперь говорить не хочет».
Витька внезапно повернулся и тревожно посмотрел на мать:
— От Маришки уже неделю ни ответа, ни привета, как воду канула. Может, случилось чего?
— Они взрослые люди, сами разберутся, — примирительно ответила Ника. — Собирайся, с тобой сейчас отца поддержать надо…
Первым, кого заметил Николай в конце коридора, был сын Олега, Витька. Притулившись на стульчике возле палаты, тот напряженно озирался по сторонам. Заметив спешащего Николая, Витька вскочил, как ошпаренный и бросился навстречу.
— Как отец, в норме? — протягивая руку, улыбнулся Николай.
Витька радостно кивнул:
