И еще, Энки переправит в столицу рабов, индов из захваченных городов. Сам, встанет форпостом, в захваченном городе, прикрывая от Тримутри. Обеспечь его воинов припасами. А рабов, не жалей, отправляй на работы.
– Сделаю. – Ответил Гудей машинально, обдумывая куда разместить рабов и где взять еще припасов, которых и без того немного.
Сарпанита заметила обеспокоенность в голосе молодого шакина. Еще ни разу Анунаки не посылали в мир такого молодого правителя. Но с этим миром всё вновь.
А у молодости свои преимущества. Неутомимость, цепкость, желание достичь цели. Качества, в полном объеме присутствуют у Гудея. Видимая чувствовала, этот шумер все выдержит, не сломается. Главное чтобы поверил в себя.
– Ты забыл шакин? Ты, будущий правитель части мира Ураш. И ответственные моменты, должен решать лично. А обеспечение воинов самое важное дело на сегодняшний день.
– Я понял Высшая. И не подведу.
– Хорошо. – Сарпанита дотронулась до аккуратно постриженной бороды, Абаз час корпел с острой бритвой. – Вот и прилетели.
Только сейчас Гудей заметил, на платформе неполная сотня дев. Нет и нопан Тиамат. В ночном бою погибло много воинов, девы не исключение. Сарпанита сражалась в самом пекле, неудивительно, что дев так мало. Мертвые тела лежали на краю платформы. Гудей оглядел застывшие, восковые лица, отыскивая нопан. Но Тиамат среди мертвых нет.
– Она ранена. – Словно прочитав его мысли, сказала Высшая и усмехнулась. – Я оставила ее в белом городе, отлежатся, прийти в себя.
– Хотел спросить о ходе сражения. – Бесхитростно ответил Гудей, Сарпанита прищурилась. – Ладно, не важно, всё равно, сегодня плохо соображаю.
Сарпанита не отрываясь, смотрела на шакина, пристальным взглядом. Высшие умеют читать не только мысли, но и в сердцах, и она видела, Гудей не лукавил.
"Не врет, он и не подозревает, о ее любви к нему. – Размышляла Сарпанита. – А я? Нет. Но и девчонке его не уступлю. Пока. Может быть потом".
Девы воительницы переглянулись. На них не обращали внимания, но им, со стороны видно, Высшая по-женски, добра к шакину. Но не более. Сильных чувств у Сарпаниты нет. Девушки в таких вопросах не ошибаются.
Плита зависла над площадью города-столицы. Находившиеся на верху люди опустились на одно колено, почтительно склонившись.
– Знаешь, пожалуй, еще ни разу, рука простого человека, не отрубала голову Видимому. – Громко, чтобы услышали все на площади, сказала Сарпанита.
– Я только выполнил свой долг, защищать мою Богиню. – Гудей постарался сгладить напыщенность слов Сарпаниты.
– Пойдем со мной, мой спаситель. Тебе полагается награда. – Шутливо приказала Сарпанита.
Смущённый Гудей не сомневался, последние слова Высшей, расслышали, все присутствующие, на площади шумеры. А она словно нарочно сказала их слишком громко.
Шакин и Высшая прошли в храм. Здесь ждала ванна, заботливо наполненная жрецом. Прохладная вода, с лепестками цветов и сладкое вино, быстро вернули молодому организму силы.
Купались они вместе. Высшая повизгивала как обычная, смертная девушка, когда Гудей плескал ей в лицо или щекотал под водой. Их игры слышали все находившиеся на верхней площади жители.
***
Храм он покинул лишь под утро.
В комнату идти не хотелось. Шакин медленно пошёл по периметру спящего города. Встречные стражники, узнавая шакина, вскидывали руку, приветствуя Гудея. Утренний ветерок приятно холодил, разгорячённое любовными утехами тело. Все мысли только о Ней.
Пройдя вдоль парапета площади, полный круг, Гудей пошёл к себе в комнату. Кувшин крепкого вина, так и стоял на столике. Глоток взбодрил и направил мысли в нужное русло. Спать не хотелось, он отдохнул на платформе и просто сидел на жестком топчане, наслаждаясь тишиной, спящего города.
Кто-то тихо поскребся у входа.
– Войди.
Вошёл пожилой мужчина. Явно не Переселенец. В столь почтенном возрасте, не брали в новый мир. Обычно, позже, когда обустроятся, можно было переправить родителей и детей, если таковы есть. Он и сам подумывал забрать мать. Но пока разрешение на переправу родственников, Гудей еще не давал.
Вошедший склонился в почтительном поклоне. Демонстрируя лысый череп с жидким венчиком волос. Худощавый, невысокого роста, впалые щеки, проросли седой щетиной. В серой, длинной туники, такие носят жрецы.
– Кто ты? – Гудей не двинулся с места.
– Я Реш, советник. Меня прислали помогать тебе, в управлении новым миром, шакин.
– Миром. – Гудей хмыкнул. – Громко сказано. Мы едва удерживаем небольшой клочок. – Гудей улыбнулся старику. – И еще неизвестно чем все закончится. Но хороший советник, мне и правда не помешает. Советуй.
– Эээ, шакин, я здесь всего лишь день. – Реш смутился.
– И хорошо, глаз не замылен. Говори. Какие ошибки успел увидеть?
– Эээ, только не сердись шакин. – Советник опустил взгляд. – Я поначалу не верил, но сегодня увидел сам. Эээ. Любовь Высших недолговечна.
– Так. – Гудей улыбнулся и кивнул. – А в чем совет?
– Не влюбляйся шакин. – Советник склонил голову, выражая почтение. – Высшая, рано или поздно, наиграется, и бросит.
Гудей отпил из кувшина. "Наиграется", слово царапнуло по сердцу.
